Литературные вечера. 7-11 классы

Третий чтец:

«Лишь о любви все мысли говорят

И столь они во мне разнообразны,

Что, вот одни отвергли все соблазны,

Другие пламенем ее горят.

Окрылены надеждою, парят.

В слезах исходят горести и, праздны,

Дрожащие, они в одном согласны —

О милости испуганно творят.

Что выбрать мне? Как выйти из пустыни?

Хочу сказать, не знаю, что сказать.

Блуждает разум, не находит слова,

Но чтобы мысли стали стройны снова,

Защиту должен я, смирясь, искать

У Милосердия, моей врагини.

Четвертый чтец:

С другими дамами вы надо мной

Смеетесь, но неведома вам сила,

Что скорбный облик мой преобразила:

Я поражен был вашею красой.

О, если б знали, мукою какой

Томлюсь, меня бы жалость посетила.

Амур, склонясь над вами, как светило,

Все ослепляет; властною рукой

Смущенных духов моего сознанья

Огнем сжигает он иль гонит прочь;

И вас один тогда я созерцаю.

И необъятный облик принимаю,

Но слышу я – кто может мне помочь? —

Изгнанников измученных рыданья.

Пятый чтец:

Я часто думал, скорбью утомленный,

Что мрачен я не по своей вине.

Себя жалел, пылая, как в огне;

Твердил: „Так не страдал еще влюбленный!“

О, сколько раз, нежданно осажденный

Жестоким богом, в сердца глубине

Я чувствовал, что дух один во мне

Еще живет, любовью озаренный.

Стремился вновь волнения узнать

В моем бессилье и в изнеможенье.

Чтоб исцелиться, к вам я шел, спеша,

Осмеливаясь робкий взгляд поднять,

Я чувствовал такое сотрясение,

Что мнилось мне – из жил бежит душа.

Шестой чтец:

Постигнет совершенное спасенье

Тот, кто ее в кругу увидит дам.

Пусть воздадут творцу благодаренье

Все сопричастные ее путям.

Ты видишь добродетели явленья

В ее красе, и зависть по следам

Мадонны не идет, но восхищенье

Сопутствует ее святым вестям.

Ее смиренье мир преобразило.

И похвалу все спутницы приемлют,

Постигнув свет сердечной глубины,

И вспомнив то, что смертных поразило

В ее делах, высоким чувствам внемлют,

Вздыхать от сладости любви должны».

Первый ведущий:

Беатриче была мечтой, идеалом жизни, светочем на скорбном пути поэта. В заключение своей книги «Новая жизнь» он обещает еще больше прославить «благороднейшую»: «Если жизнь моя продлится еще несколько лет, я надеюсь сказать о ней то, что никогда еще не было сказано ни об одной женщине.