Ватерлиния (сборник)

Припоминается что-то такое. Но ведь это давно было, правда? И не писал я вовсе этого.

– Как не писал? – возразил Шабан. – Очерк «Я спасу вас», автор – ты.

– Ну, ты даешь, – оживился Биртолли. – Что я, вот так сам писать и буду? На то специальный писун на каждую полосу. Сидит и строчит. Да нет, какой это секрет? От кого? Или, бывает, комп за него строчит, и даже лучше получается… Главный не поощряет – зверь. Помню, писун выдал, будто ты, значит, вообще не дрался в норе с этими вашими… кто тут у вас в норах живет… убегуны, что ли? Так старик его с ходу за загривок и в текст мордой, мордой, а потом повернул к себе задом да как врежет по сфинктеру…

– Святая правда, – сказал Шабан.

 – Не дрался. И незачем. Они же людей боятся.

– Правда или неправда, а писать такое нельзя. – Биртолли ударил ладонью по столу и придержал звякнувшую бутылку. – Нужно хоть немного уважать читателя. Специфика. Если читатель ждет героики, мы не имеем морального права всучить ему будничную спасательную историю. Согласен?

– Я с ними не дрался, – сказал Шабан.

– Ну, это твои трудности. Ведь мог бы подраться, верно? Слушай, может быть, все-таки выпьем, а? Может, не отрава?

– Нет. Я – гриба. Хочешь попробовать?

– Я? М-м… Да, пожалуй. Это как? Это нюхают?

– Нюхают. Нет, возьми больше, так ничего не почувствуешь… А теперь много, сыпь обратно. Вот теперь правильно. Ну, вперед!

– М-м-м…

– Твое здоровье. Нет, это не закусывают. Ну, как теперь?

– Не пойму. Нет, вот сейчас хорошо. Но я, кажется, где-то слышал, что это запрещено?

– Я тоже где-то слышал.

Но тебе трепыхаться не надо, ты нездешний. Пока ты у себя в комнате, ты ничего не нарушаешь.

– А ты?

– «Нарушение порядка можно доверить лишь тому, кто им дорожит», – сказал Шабан и икнул.

– Это ваш Барух? – с улыбкой спросил Биртолли.

– Нет. Это ваш Шиллер.

– А, – сказал Биртолли, – да-да. Естественно. А ваш этот гриб, он что – наркотик?

– Черт его знает, – сказал Шабан. – Вот, кстати, тебе матерьял: есть гриб, вдыхание его сушеных гифов вызывает у человека легкость в движениях и ясность мысли.

Если, конечно, не перебрать. Правда, налицо классический букет: похмелье, быстрое привыкание, увеличение доз, в пределе ведущее к нервному истощению. Но и только. И ничего более. Так почему, я спрашиваю, вместо того, чтобы всерьез взяться за ликвидацию побочных явлений, гриб попросту запрещают? Законодательно. Ты журналист, вот и занялся бы этим делом.

– И займусь.