Шаг влево, шаг вправо

– А лимончика у тебя нет, генерал? – спросил Шкрябун, в ответ на что Максютов развел руками. – Что же ты? Непорядок.

– Будет тебе порядок, все будет. И бардака будет сколько угодно, только разгребай. И дело будет. – Он чуть приподнял бокал и добавил торжественно: – За дело. За успех. За НАШ успех.

– Прозит. Алаверды. Чтоб ты так жил.

Зря Шкрябун скалился и привередничал: коньяк оказался хорош и без лимончика. Не достигнув желудка, всосался прямо в пищевод.

Повторить Максютов не предложил, и я составил бокалы на поднос, а поднос затолкнул обратно в бар.

– Спасибо, Алексей, – сказал Максютов и, тут же забыв обо мне, повернулся к Шкрябуну. – Ну, Виктор Иванович?

– То есть? – спросил тот.

– Ты меня знаешь, но и я тебя знаю. Доставай уж, не томи. У тебя все с собой или только часть?

– Часть. – Шкрябун полез во внутренний карман. – На этой дискетке примерно двести мегабайт. Остальное завтра.

– Тайник-то хоть выбрал надежный? – фыркнул Максютов.

– Обижаешь, гражданин начальник…

Насколько я мог видеть со своего места на галерке, к дискетке был примотан скотчем небольшой предмет.

– Только осторожно, – предупредил Шкрябун.

– Что за дрянь ты сюда прилепил?

– Сорок граммов пластита и контактный взрыватель. Ронять не рекомендуется.

Максютов крякнул.

– Вот дурак же. Толкни тебя кто посильнее – мошонку снимали бы с люстры, и поделом. Кстати, как ты эту хреновину в Управление пронес?

– Учи ученого.

– На, – буркнул Максютов, возвращая дискетку. – Разряжай сам свою адскую машину, бомбист хренов. Тоже мне, выискался Равашоль с Валдая. Или, может, мне минера вызвать?

– Зачем минера? Я сам. За твой стол сесть позволишь?

– Ты мне еще мебель попорть… Ладно уж, садись.

Под зеленым абажуром пальцы Шкрябуна исполнили быстрый и точный танец. Брусочек пластита вернулся в карман, полоска скотча полетела на пол.

– Готово. Получай, генерал.

– Ты гляди-ка, – сказал Максютов, изображая удивление. – Не разучился.

– Старый конь борозды не портит.

– Ну-ну. Понадобится что-нибудь разминировать – свистну тебя.

Шкрябун не принял шутки.

– Если крутишь мною… – проговорил он, помолчав. – Я тебе поверил, Толя, ты это помни. Сейчас – поверил. Но если обманешь меня, я к тебе с того света являться буду, и это ты тоже помни.