Шаг влево, шаг вправо

 – Если не считать происшествием землетрясеньице на четыреста первом километре и ненормальную собаку.

Он немедленно потребовал доложить подробно. Выслушав, дважды кивнул, как бы подтверждая свои умозаключения.

– Укушенный – он кто?

– Некто Каспийцев, корреспондент «Уфо-пресс». Корреспондентской карточки у него не было, но я позвонил редактору и проверил.

– Эта «Уфо-пресс» – что, газета?

– Журнал, – объяснил я. – Стопроцентно шаманский и тем не менее довольно захудалый. Удивительно, но факт.

– Бывает и так, – равнодушно сказал Максютов и помассировал виски.

– Наотрез. – Я положил на край стола диктофон. – Здесь запись нашего разговора.

Максютов не глядя подобрал диктофон, включил и несколько минут бродил по ковру взад-вперед, слушая. Потом ухмыльнулся неизвестно чему и с прищуром посмотрел на меня.

– Так себе удовольствие было, да?

– Пожалуй, – осторожно согласился я.

Полковник зевнул, прикрыв рот.

– Почему ты так считаешь?

Я невольно втянул диафрагму. Всем в отделе известно, что полковник Максютов «тыкает» либо любимчикам, либо тем, чьей работой он страшно недоволен и кого собирается загнать за Можай. И не одному из первых случалось пополнить ряды последних.

– Шанс вернуться в Hацбез, – коротко ответил я.

– Значит, есть смысл нанести ему еще один визит, так думаешь?

– Думаю, он придет сам.

– Завтра? Послезавтра?

– Возможно.

– А если не придет?

Я не ответил, сочтя вопрос риторическим, и правильно сделал.

– Подполковник Шкрябун сейчас будет здесь, – сказал Максютов и, посмотрев на меня, остался доволен произведенным впечатлением. – Как раз перед тем, как ты вошел, я велел выписать ему пропуск. Вот так, Алексей. Поработал ты хорошо, хвалю. Так хорошо, что Шкрябун в одно время с тобой к столбу пришел, корпус в корпус.

Вот оно как. Я чуть было не брякнул в ответ, что и сам, мол, не ожидал от клиента такой прыти, но это явно само собой разумелось. Что ж, побудем в шкуре старательного осла, это совсем не плохая шкура. Чересчур догадливых подчиненных начальство держит на дистанции и подставляет при каждом удобном случае.

А кто я такой на самом деле, спрашивается? Бывший догадливый, пригретый Максютовым из голого практицизма.