Шла бы ты… Заметки о национальной идее

Спасибо ещё, что пока зачистка отечественного интеллектуального пространства по ведомству традиций ведется по географической периферии.

К примеру, в Севастополе исключили в году от Р.Х. 2013-м по настоянию кого-то из РПЦ Нептуна, русалок и чертей из Дня военно-морского флота, как неподобающий «православному воинству» (?!) языческий элемент. Хотя до сих пор они триста с лишним лет, из которых две с лишним сотни были самые что ни на есть православные, никому не мешали. Пётр Великий, Беллинсгаузен с Крузенштерном и Нахимов могут хоть в гробу перевернуться.

Да и покровителями отечественной семьи умудрились назначить не традиционных для России всех времён Ивана да Марью, а Петра и Февронию. История которых – жуть совершенно готическая. С элементами хоррора в конце, где два покойника самоходом сползаются в одну могилу, как заправские зомби. Не день семьи и счастливого брака, а «рашн Хэллоуин». Прочтёшь на ночь такую притчу и просыпаться будешь во веки вечные в холодном поту или вообще описавшись.

Но для простоты восприятия читающей публики, которая не вся ещё впала в маразм и теократическое восприятие окружающего мира, более соответствующее лесному бирюку-отшельнику или соловецкому монаху-схимнику, остановимся на Граале. То есть, согласно литературной традиции, это что-то очень ценное, невесть где незнамо кем захованное, и главное дело для текущего и будущего процветания себя, окружающих и будущих поколений – его найти.

Человечество вообще любит играть в такие игры. Пойди туда, не знаю куда, найди то, не знаю что – это как раз про национальную идею. Аленький цветочек. Клад Аладдина. Или Али-Бабы. Но ведь ищут! В том числе неглупые и сильно занятые люди. А также люди ответственные, государственные. Среди которых тоже встречаются неглупые и сильно занятые.

Никто не задаётся вопросом, что, найди они её на свою и окружающих голову, вдруг окажется, что именно их и их близких для всеобщего счастья в соответствии с этой идеей необходимо будет пустить на мыло. То есть в расход. Срочно и бесповоротно.

Как ту дореволюционную российскую интеллигенцию, которая искренне и с немалыми жертвами молилась на революцию и ждала свержения прогнившего царского режима.