Улица роз

Оливия ждет, что он заедет за ней через пять минут.

– Ты должен куда-то ехать? Поезжай, – проговорил сын, но теперь его голос звучал еще обреченнее, нежели когда он приехал.

– Дай-ка подумать, – сказал Джек, его сердце быстро забилось.

Он не может оставить Эрика в таком состоянии. Мальчику больно, и ему нужно выговориться. Джек так много лет не был отцом своему сыну, и не мог вновь его подвести.

– Я позвоню Оливии, – наконец решил Джек. – Она поймет.

– Ты уверен? – спросил Эрик.

– Конечно.

Джек зашел в спальню и набрал номер Оливии.

– Я вынужден отложить наше свидание.

– Наше сегодняшнее свидание? – Голос Оливии звучал так же разочарованно, как и его.

– Приехал Эрик, – объяснил он. – Шелли выгнала его, и он пришел ко мне. Ему нужно поговорить. И вероятно, Эрик погостит у меня несколько дней. – Джек вздохнул. – Мне очень не хочется нарушать наши планы, но ты ведь понимаешь?

– Конечно, – мягко проговорила Оливия.

– Спасибо, мне действительно очень жаль.

– Я приглашу маму, и мы сохраним зарезервированное место. Конечно, я бы предпочла поужинать с тобой, но прекрасно все понимаю. Дети, несмотря на их возраст, всегда должны стоять на первом месте. Ты знаешь, как глубоко я верю в эту истину. Спасибо, что позвонил мне, Джек, и удачи.

Оливия не сердилась на него, она ненавидела одну только вещь – секреты. И этот урок Джек выучил в самом начале их отношений, когда пытался скрыть тот факт, что когда-то был алкоголиком.

– Поговорим позже, – сказала она.

– Позже, – повторил Джек. А затем добавил, потому что едва не забыл: – Оливия?

– Да?

– С днем рождения.

Глава 5

– У тебя какие планы на сегодня? – Грейс позвонила Оливии в пятницу на следующей неделе.

Был ясный день конца октября, и Оливия до сих пор ждала звонка Джека – последний раз она говорила с ним в день своего рождения.

– Планы? Я хотела… – проговорила Оливия, а затем добавила с энтузиазмом: – А у тебя есть предложение?

– Может, сходим на футбол? – сказала Грейс.

Оливия была рада, что подруга позвонила ей. После исчезновения Дэна Грейс отгородилась ото всех. Она вела поверхностные и быстрые разговоры, очевидно не желая потревожить глубинные слои боли и скорби, которые стали основой ее жизни. Раз за разом Грейс находила причины, чтобы отложить визиты и встречи.