Список Ханны

Поэтому на поздравления я отвечал улыбкой. Не мог же я назвать истинную причину, и, чтобы скорее закончить разговоры, сослался на неотложные дела. Проходя по коридору, заметил двух медсестер, которые, склонив близко головы, о чем-то шушукались. При виде меня у них появилось такое виноватое выражение на лицах, что я сразу понял – они шептались обо мне.

– Доброе утро, доктор Эверетт, – сказала одна, совсем молоденькая, очень энергичная медсестра.

– Доброе утро.

Я прошел мимо. За последний год я получал немало знаков внимания от женского медперсонала.

Но в душе я был совсем не готов к новой связи. И даже разговор с Уинтер на тему свидания не давал мне покоя.

Возмущало общее мнение, что если прошел год после смерти близкого человека – пора перестать грустить, ведь жизнь продолжается. Это выражение меня просто бесило. Значит, чтобы забыть о потере, надо просто подождать триста шестьдесят пять дней. И все. И я должен после этого срока снова стать веселым и жизнерадостным, в знак того, что полностью выздоровел.

– Слышала, что вы придете на пикник, – услышал я сбоку. Оказывается, молоденькая медсестра шла рядом, подстраиваясь под мой шаг.

Я кивнул, не желая продолжать разговор.

– Вся наша смена идет. Замечательная идея. Правда?

Я опять кивнул.

– Увидимся там. – Задохнувшись от собственной смелости, резко свернув, она исчезла в одной из палат.

Я сделал обход. Заполнил все карты, сделал необходимые предписания и вышел из госпиталя.

Начало положило письмо Ханны. И вот вмешался Ричи, потом Патрик. Все хотели помочь, но, хотя я и ценил их усилия, не готов был им уступить. Из госпиталя я поехал в свой офис. Линда Барклей подняла голову, когда я появился из двери, предназначенной для персонала.

– Доброе утро, Майкл.

Она единственная называла меня по имени. Женщина средних лет, суррогатная мать, хороший друг.

– Доброе утро, Линда.

Я пошел было к себе, потом вернулся.

– Скажи мне, почему все вокруг считают, что одного года вполне достаточно, чтобы забыть о своей утрате? Что за неписаное правило, откуда оно? – Я не мог успокоиться после разговоров в госпитале.

– Ну…

По ее глазам было заметно, что мой вопрос ее озадачил.

– Я сегодня согласился принять участие в детском пикнике, – успокаиваясь, сообщил я.

– Для тебя это будет полезно. И пора начинать жить.