Кедровая Бухта

– Тогда советую вам сделать то, что сказала судья, – воспользоваться помощью психолога или обратиться в Центр по урегулированию споров.

– Я не собираюсь обсуждать свои проблемы с группой незнакомцев. – С этими словами Ян Рэндалл направился к выходу из здания суда.

Брэд Дамас последовал за своим клиентом, но до этого кинул на Оливию рассерженный взгляд. Алан Харрис стоял рядом с ней, покачивая головой, его лицо приобрело скептическое выражение. Судебный пристав зачитал новый номер, но Алан продолжал стоять.

Сесилия Рэндалл отвернулась, но недостаточно быстро, чтобы скрыть слезы, которые покатились по ее щекам. Она почувствовала горечь – пусть самую малость, но все же она была уверена, что поступает правильно, настаивая на разводе.

– Как это произошло? – спросила Сесилия.

– Я не понимаю, – пробормотал Алан Харрис. – Это сумасшествие.

– Вы правы, – пробормотала Сесилия, покачивая головой и стараясь надеть пальто. – Этого не должно было произойти, но все равно случилось.

Глава 2

Оливия застонала, когда раздался звонок телефона – в пятый раз за субботнее утро. Без сомнения, этот звонок, как и все другие, стал следствием статьи, опубликованной сегодня утром в газете Джека Гриффина. Новый редактор газеты «Хроники Кедровой Бухты» по какой-то причине решил написать статью о ней и поместил в колонке редактора под заголовком «В РАЗВОДЕ ОТКАЗАНО». Оливия вздохнула – нежелательное внимание портит ей выходной.

И это возмущало ее.

– Алло, – ответила она, убеждаясь, что голос отражает ее негодование.

Если звонивший захочет обсудить ее решение, то она не в настроении говорить. Оливия достаточно быстро закончила четыре предыдущих разговора на эту тему.

– Привет, мам!

Джастин! Господи, вот это облегчение! Оливия всю неделю ждала звонка от дочери.

– Как ты?

Раньше они разговаривали постоянно, но теперь все было по-другому. Джастин встречалась с мужчиной, которого Оливия считала недостойным человеком.

А это рождало постоянное напряжение в отношениях между матерью и дочерью. И поэтому Джастин избегала ее. Уоррен Сагет был сорокавосьмилетним земельным застройщиком, старше ее дочери на двадцать лет. И он провернул не одну сомнительную сделку. Разница в возрасте заботила Оливию не так сильно, как сама личность мужчины.

– Ты знаешь, что сегодня в газете появилось твое имя? – спросила Джастин.