Господь

Хотя они ничего не объясняют рассудку, они взывают к сердцу, помогают ему возвыситься до ощущения Божией тайны. Тайна не постигается, но она становится близкой, и опасность «соблазнов» непонимания исчезает.

Ничто великое в человеческой жизни не возникло из одного мышления: все вышло из сердца, движимое любовью. Но любви присущи ее собственные «почему» и «зачем», – правда, для этого нужно открыть себя ей, иначе не понять ничего… А если любящий – это Бог? Если перед нами Божии глубина и всемогущество – на что только не будет способна тогда любовь? Но такое грандиозное великолепие, которое каждому, кто не исходит из любви, должно показаться глупостью и бессмыслицей.

Время идет дальше. Получив наставление от Бога, Иосиф берет к себе Ту, с которой он помолвлен, – и как же глубоко этот тихий человек должен был проникнуться этим наставлением! Что должно было произойти в нем, когда он понял, что Бог возложил Свою руку на его жену и что жизнь, которую Она несла в себе, возникла от Святого Духа! Тогда-то и пробудилась великая и блаженная тайна христианской девственности (Мф 1.

Лука сообщает далее: «В те дни вышло от кесаря Августа повеление сделать перепись по всей земле. Эта перепись была первою в правление Сириею. И пошли все записываться, каждый в свой город. Пошел также и Иосиф из Галилеи, из города Назарета, в Иудею, в город Давидов, называемый Вифлеем, записаться с Мариею, обрученною ему женою, которая была беременна.

То, что мы только что пытались уловить в сокровенности Божиего делания, теперь выступает перед нами в зримом образе. Вот, Ребенок, такой, как все другие человеческие дети: плачет, требует пищи, спит, как все они, и все же Он – «Слово, ставшее плотью» (Ин 1.14). Бог не только обитает в Нем, – даже если говорить о полноте Его присутствия, будь то в наивысшей степени превосходящее самое тесное единение с Богом; небесное не только прикоснулось к Нему, так что Он должен за ним следовать, за него бороться и страдать – хотя бы и в сильнейшей степени, превосходя любую схваченность Богом, – нет, этот Ребенок есть Бог, Своим бытием и существом.

Если мы ощущаем здесь внутреннее сопротивление, то не будем обходить его молчанием.