Классические карты Марии Ленорман

Вопрос возникает потому, что в подсознании спрашивающего уже есть на него ответ, только он не в состоянии перевести его из подсознания в сознание, то есть понять. Эту задачу и выполняет гадатель. Гадатель – всегда медиум, посредник; в принципе он может выявить и произнести этот ответ, и не прибегая к гадательным символам, то есть путем чистой телепатии. Но это требует, во-первых, достаточно развитых медиумических способностей, а во-вторых, больших затрат энергии. Компенсация этих затрат требует, в свою очередь, довольно продолжительного времени, что означает для гадателя на практике возможность принимать спрашивающих, лишь когда его силы восстановлены полностью.

Поэтому гадатели, как и в старину, предпочитают пользоваться символами. Не вдаваясь глубоко в теорию символов, скажем, что символ помогает сделать невидимое видимым, перевести информацию, содержащуюся в подсознании, так сказать, в скрытой форме, в форму раскрытую, доступную истолкованию и восприятию сознанием. Таким образом, гадатель объясняет спрашивающему лишь то, что тот в действительности уже знает сам – недаром в большинстве систем гадания определять или выбирать символы должен спрашивающий.

Наборы символов бывают традиционные и окказиональные, то есть составляемые гадателем по своему разумению для всех или для каждого данного случая. Традиционные наборы (64 гексаграммы И Цзин, 22 аркана Таро, 25 рун и т.д.) хороши тем, что для них уже существует опыт, имеется справочная литература, наконец, они обладают некоторым эгрегором, быстро и четко реагирующим на любое к нему обращение, что облегчает работу гадателя.

Окказиональные же наборы, то есть символы, составляемые по велению «внутреннего голоса» гадателя (например, использование только одной из четырех мастей малых арканов) или вообще ad hoc, то есть применительно к каждой конкретной ситуации (интерпретация монет или номеров купюр, находящихся в данный момент в кошельке спрашивающего), предоставляют гадателю большую свободу действий, позволяя ему использовать наиболее эффективные из своих предестинационных механизмов.

Чтобы было ясно, о чем речь: у одного лучше работает зрительное восприятие, ему легче считывать информацию со сложных узоров, складывающихся из выложенных символов, для другого проще перевести эти символы в их числовые или буквенные значения, третьему все понятнее, когда символы порождают в его сознании цепочки ассоциаций, уводящие мысль в непредсказуемые дали, и т.п.