Россия и мусульманский мир № 11 / 2011

Отсюда следует вывод, что Запад имеет дело со смертельной угрозой, которая носит тотальный характер в силу проникновения всюду мусульманского радикализма.

Одновременно вырисовывается задача – выиграть идеологическую битву с исламским миром и добиться культурного превосходства над ним. Самуэль Френсис, аналитик Фонда Наследия (Вашингтон), видит ключевую задачу в «реконкисте Соединенных Штатов, ведущей к превосходству белых в культурном смысле»[21 - Francis S. Prospects for Racial and Cultural Survival // American Renessance, 2005.

Очевидно, что в такой постановке современной цивилиза-ционной проблемы содержится определенный расистский элемент, который и озвучивается наиболее откровенными выразителями «духа Запада». «Превосходство белых» – это требование быть «немножко расистом». Но быть «немножко расистом» и есть своего рода моральная индульгенция на нарушение универсальных принципов морали и норм международного права. Это значит, что в политике уже не может идти речь об органичном взаимодействии Запада и Востока, Севера и Юга и формировании общих ценностных ориентаций.

Речь идет о формировании носителей культурной доминанты как основания геополитического управления современным миром. На позиции национальных государств в глобальной политике накладывает свою печать их историческая традиция. Национальные государства по-разному входят в систему глобальных отношений. Достаточно напомнить о длительном историческом изоляционизме Японии и глубоком влиянии концепции «исключительности» на политику США.

Коль скоро сознанием политиков овладеет идея, согласно которой преодоление межрасового насилия – это утопия, то утвердится представление о самих себе и о человечестве в целом как совокупности видов, находящихся по отношению к друг другу в постоянной опасности. Каждый вид будет нуждаться в системе защиты, обеспечивающей безопасность. Система безопасности – это естественный ответ на постоянное потенциальное насилие со стороны «другого».

Путь нового культурализма открывает политическое движение, противоположное по своей направленности основному вектору эволюции / глобальной цивилизации, которая становится единым организмом, с едиными формами коммуникации, с взаимозависимыми частями мировой экономики, с единой информационной системой.