Демонология Сангомара. Яд и Меч

 – И быть ему любимой и верной дочерью. Я не правитель.

– Я знаю… – повторил герцог Донталь. – Увы, ни один Артерус не славился взвешенными решениями касаемо своих земель. В отличие от тех же Тастемара.

В комнате повисла гнетущая тишина. Безмолвный Роллан деликатно удалился из спальни господ, чтобы не попасть под гнев Старейшин, грея уши. Чтобы отвлечь девушку от самоистязания, Горрон де Донталь нарочито энергичным голосом перевел разговор в иное русло.

– Право же, мне иногда кажется, все произошедшее на суде и до него связано с тем, что дар Гиффарда сам выбрал Юлиана, как в свое время дар Куррона избирал в качестве наследников столь похожих между собой Эйсмонта, Ройса и, наконец, Филиппа.

– А как Гиффард получил свой дар? – тихонько откликнулась Йева. – Отец никогда не говорил об этом…

– Потому что отец Гиффарда, Эннио, прозванный Чужеземцем, пришел с Юга. И Совет никогда не доверял Эннио, как скажем, например, мне. А потому ты ни от кого о нем не узнаешь.

– Но ведь мы, Старейшины, были рождены на севере, все без исключения.

– Да, однако некоторые очень быстро покинули его вместе с другими расами, во время Великого Переселения, потому что в те годы север сотрясали землетрясения. Я мало знал Эннио, но Эннио много ведал о юге и был в очень хороших отношениях с Курроном. Он пришел на север, в Перепутные земли, за несколько десятков лет до основания Лётэ нашего клана Сир”Ес. И, пока я был занят правлением, Эннио стал верным товарищем Куррону. Когда я навестил графа Перепутных земель в 725 году, то мне даже показалось, что он воспринимал Эннио более родным, чем меня.

А мы-то с Курроном, между прочим, произошли от одной матери, впитали ее молоко и покинули общину Донт вместе!

– А Уильям… то есть Юлиан стал для отца словно сыном, – заметила осторожно Йева, вспоминая, какой теплотой проникся, сам того не желая, к рыбаку Филипп.

– Да! Поэтому я настоятельно и советовал этому упрямцу усыновить Юлиана, раз уж эти два дара, Куррона и Эннио, оказались столь близки друг другу.

Увы, мы не знаем, что на самом деле произошло вскоре после Слияния, и что в преданиях истина, а что ложь, а потому имеем смутные знания даже о нас самих. Но закрывать глаза на такие очевидные факты нельзя, Йева.

– Вы говорили о своем предположении отцу, Горрон?

– Конечно же нет!

– Почему?

– Потому что Белый Ворон с его исключительно логическим восприятием мира послал бы меня к чертям, – рассмеялся громко Горрон де Донталь.