Демонология Сангомара. Яд и Меч

Воины обступили худенькую графиню, злобно зыркнув на горожанку, посмевшую приблизиться к хозяйке.

– Что тебе нужно? – спросила недовольно Йева, предполагая, что она услышит очередные жалобы.

– Госпожа… Извините меня. Но. Я… Я помню Вас. Вы тогда были на площади в Вардцах, когда Уильяма забрали в Солраг.

По телу графини Офурта пробежала дрожь. Она поняла, что за женщина стояла перед ней – возраст и внешность совпадали. После тяжелого вздоха Йева махнула рукой охране.

– Оставьте нас.

После того, как трое гвардейцев решили, что чуть полная женщина в годах не будет опасна хозяйке, они удалились. Йева развернулась и медленно пошла дальше, к площадке Бразегмаут.

– Ты Линайя? – спросила графиня через плечо.

За ней следовала по пятам пожилая Линайя, понимая, что столь могущественная, по мнению жены Генри, женщина не будет прерывать свой маршрут из-за какой-то там обычной горожанки Офуртгоса.

– Да, госпожа.

– Что ты хочешь?

– Узнать про Уильяма, госпожа.

Я вижу, что вы ничуть не изменились за много лет. Быть может, и Уильям остался таким же?

– Да, – Йева плотнее закуталась в плащ.

Линайя с удивлением смотрела на бледное лицо графини, которая, как ей показалось, замерзла. Но день был на удивление погожим для такого сурового края, как Офурт, а ветер и вовсе утих, и отчего эту знатную госпожу так трясло, пожилая Линайя понять не могла.

Наконец, женщины ступили на площадку. Она, имея полукруглую форму, нависала над необъятной пропастью, дно которой усеивали колючие кусты да голые камни.

С Бразегмаутской скалы открывался вид на много миль вперед на раскинувшиеся перед городом сосновые леса, и в последние годы, подходя к краю каменистого обрыва, Йева стала замечать за собой странное тягучее желание наклониться вперед.

– Вы знаете что-нибудь о Уильяме? – поинтересовалась Линайя, замерев на почтительном расстоянии от графини.

– Он сейчас живет в Ноэле.

– Ноэль. Я не знаю, где это… Но у него все хорошо?

– Наверное да, – вздохнула Йева. – Я живу в Офуртгосе уже три десятилетия, но почему ты подошла ко мне только сейчас?

На лицо Линайи с мягкими и округлыми чертами легло горе, а уголки глаз повлажнели.

– Позавчера я похоронила своего мужа Генри. Я отдала долг и мужу, и отцу, и поэтому решила спросить Вас, госпожа. Я рада, что у Уильяма все хорошо и он счастлив.