Демонология Сангомара. Искра войны

На него смотрела королева Наурика: внимательным и пронзительным взглядом. Сложив ручки на коленях, она молчала.

Лицо ее было белым и круглым, как луна в небе, а толстые косы цвета корицы касались самих бедер – Юлиан не знал, что у королевы такие длинные волосы. Их она всегда прятала под тюрбаны и накидки, соответствуя традиционному образу спрятанной под одеждами от всего мира жены.

Наурике было сорок два, но выглядела она на десяток лет моложе благодаря усилиям магов. Королева, с ее насильно отбеленным лицом, остро напоминала филлонейлов, которые жили в восточной части Севера, в горах Фесзот.

Сзади со скрипом закрылась дверь. Латхус отошел дальше по коридору и замер где-то у лестницы, не близко и не далеко – чтобы все слышать.

Наурика посмотрела вниз, на то, как грязь и вода с плаща пропитали дорогой ковер, посмотрела на замызганные сапоги, которые облепила пыль тайных переходов. Брови женщины сошлись на переносице.

– Мне рассказывали, будто бы ты, Вестник, чистоплотен, аккуратен и деликатен, – произнесла медленно она.

– Что же вам еще рассказывали, ваше величество?

К Юлиану вернулся дар речи, и он теперь рассматривал фигурку королевы, отчаянно соображая, зачем советнику понадобилось это все устраивать. И главное – что делать? Королева тоже продолжала ответно созерцать его, чуть прищурившись – и не ясно было, о чем она думает. Юлиану доводилось вкушать много барышень, получая их воспоминания, но глубины души избалованных златом аристократок для него пока были непостижимы.

– Рассказывали, что ты скромен, Вестник, учтив, знаешь свое место и послушен…

– Прошу меня извинить, но это более подходит к описанию сына, ваше величество, нежели любовника, – усмехнулся Юлиан, – Или, быть может, я ошибся комнатой? Мне сказали, что я должен встретиться с почтенной Маронаврой, а никак не с королевой.

Наконец, он смог бегло осмотреться. Комнатка была тесной, с одним слюдяным окошком, завешенным бордовой гардиной.

– Об этой встрече, Вестник, никто не должен знать, поэтому для тебя я – почтенная Маронавра. И ты должен это понимать, потому что достопочтенный Ралмантон еще говорил, что ты весьма умен.