Прикосновение

Меня так и подмывало от него отвернуться, но я боялся, что, если это сделаю, то меня ждала немедленная смерть, будто только моё жалкое лицо отсрочивало мою гибель (что, в общем, не удивительно).

– Кто… вы? – не обращая внимания на безумные вопли монстра, прокряхтел я, надеясь, что мужчина меня услышит и не убьёт. В горле першило, словно в нём появились множество маленьких шариков, разрывающих мои голосовые связки.

– Как ты себя чувствуешь, Джейк? – собеседник сделал шаг ближе ко мне и слабо улыбнулся, будто бы это было очень весело: смотреть на мои страдания.

Кому же тут не бывало смешно? И неважно, что этот человек знал моё имя. В мою больную голову забрела такая интересная мысль, что это, скорее всего, босс моего отца, отчего он и знал меня. Но так ли это на самом деле?

– Кто вы? – чуть более уверенным голосом повторил я свой вопрос, мучаясь желанием заткнуть уши от криков психа, но не мог этого сделать: руки были связаны сзади, а сам я валялся на полу как паршивая собака. Да уж, положение суперское, прямо как в фильмах.

– Я Марк Бертон, но все меня зовут мистер Бертон, и ты будешь не исключением, – снова улыбнулся мужчина, стараясь выглядеть как можно дружелюбнее, но было это совсем наоборот – он словно хотел перерезать мне горло.

– Где я? – тихо спросил я, понимая, что дело продвигается вперёд, что я хоть что-то уже знал. В особенности имя своего главного врага.

– О, как раз я об этом и хотел сказать, – учтиво сказал Бертон, стараясь скрыть нотки неудовольствия в голосе.

Этот человек меня пугал с каждой секундой всё больше и больше. – Ты в моей лаборатории, в которой я провожу… так сказать, некоторые не совсем законные эксперименты над детьми.

Сердце в груди пропустило удар. В голове взорвался ураган мыслей, предположений и вопросов, на которых пока что не было ответов. Что за эксперименты? Может, к ним причастна и Ванесса? Кстати, о ней я очень сильно волновался, но в данный момент моя судьба беспокоила меня куда больше, чем её (возможно, это прозвучало эгоистично, но что правда, то правда).

Что вообще происходило?

– Только не пугайся раньше времени, ладно? – увидев, что я был готов расспрашивать его, поспешил остановить меня мужчина и слабо улыбнулся. Он что, дразнил меня своей улыбкой и «дружелюбием»? За это мне хотелось ему врезать. Интересно, откуда во мне возникло столько храбрости? Если это, конечно, была храбрость, а не отчаяние (ко второму я склонялся больше).