Могильный Алхимик

Айси отшвырнула его, точно мусор, и оглянулась в поисках Лунаса. Вместо него она заметила пятерых мускулистых мужчин с эбонитовой кожей, покрытой узорами из шрамов и золотых точек, широконосых и темноглазых. Трое свежевали утренний улов и раскладывали его на прилавок; один носил ящики, доверху набитые диковинной рыбой; а пятый, самый коренастый, с вплетенными в дреды кольцами, сережкой в ухе, козлиной бородкой и язвительной ухмылкой, сидел на табуретке и не сводил с Айсин взгляд.

– Ты – лед’ьяной маг? – спросил он с сильным акцентом, указав жирным от соуса пальцем на проявление магии, подобрал хлебом остатки рыбной похлебки и закинул еду в рот.

– Ме’гя зовут Шамта?х. Я з’гаю о тех, кх’ого ты ищешь. – Он приблизился. От него пахло солью, рыбой и луком. – За’ргядить чет’гые эолы – моя тс’ена.

– Ты их видел? – Айсин снова описала внешность Таллики и Эль, внимательно следя за мимикой темнокожего моряка.

– Инсан’гди?ец не смеет л’егать женщине. Та’гов наш закон.

– Айси, вот ты где, – подошедший Лунас подозрительно взглянул на Шамта?ха, и ей показалось, что друг напрягся и немного выставил вперед руку, будто готовясь к драке.

– Ты что-то узнал?

Лунас покачал головой и, не упуская из виду Шамтаха, наклонился к ней и прошептал:

– Слушай, плохую ты себе компанию нашла.

– Мо’годые юноши дол’гжны радовать глаз, а не о’гхорчать уши, – прервал его Шамтах.

Лунас дернулся и вскинул руку с золотистыми венами, а инсанди?ец обхватил рукоять сабли, висящей на бедре.

– Я наз’гал свою тс‘ену. Ты не сме’геешь меня оскорблять.

Четверо его соратников внимательно наблюдали за ними.

– Две эо?лы. Я заряжу две эолы, если ты докажешь, что действительно видел тех, кого мы ищем, – выпалила Айси, отвлекая внимание на себя.

Шамтах долго смотрел на нее черно-янтарными глазами, колеблясь, но отпустил саблю. Лунас не спешил отзывать дар.

– Я ви’гдел, как они спорят с синег’власой ведьмой. О’га назвала чер’говолосую пре’гадельницей. И имя. Тал’ли.

– Давай эолы, – резко сказала Айсин, призывая Те?мпурус. И пока заряжала им жеоды с глубокими зигзаообразными сколами, с удивлением ощутила, как кристаллы, впиваясь в кожу, всасывают ее дар.