Дельфания. Сокровенные истории

– Я вас не знаю, отцы, – повторил я.

– Ну что ж, – сказал тот, что потолще. – Я – Часовня.

– А я – Колоколица, – сказал худой.

После этих признаний меня пот прошиб. Я пристально вглядывался в их лица, и внутри у меня что-то застонало и похолодело. Бог мой! – вдруг начал понимать я. – И ведь верно, похожи! Да только разве такое возможно? Острая, как лезвие, скользнула в моем мозгу догадка: наверное, у меня что-то с головой, может быть, на почве пережитого?

– Нет, Владимир, не волнуйся, – произнес Часовня.

Они и мысли читать могут, осенило меня.

– Можем. Но главное, для чего мы пожаловали к тебе, – так это сказать, чтобы ты не кручинился и не горевал о нас. Это ведь для людей мы сгорели, а на самом деле нас Господь к Себе забрал. Если сказать по-вашему, по-мирскому, так мы перешли через огонь в другой способ существования – невидимый обычному взору.

– Бессмертный вид у нас теперь, – пояснил высокий странник.

– Мы теперь на небесах, – сказал Часовня.

– Так что живы мы, Владимир, и невредимы, только стали другими. Огонь-то невежество сжигает, а любовь и красоту окрыляет, делает вечной, небесной.

Я старался переваривать услышанное, насколько это было возможно в такой ситуации.

– Что же мне теперь делать? – спросил я. – Как жить дальше?

– А дальше, добрый человек, для тебя начнется новый путь.

– Что же это за путь?

– А путь этот без пути! – приглушенно и таинственно поведал Часовня.

– Как же это понять – путь без пути? – недоумевал я.

– Начало пути – это когда нужно строить вещественные, материальные храмы, чтобы были стены и ученик в них возрастал и мужал. На это время дается и карта, и указания, куда идти, что и как делать. Но как вырастет ученик – стены ему более не нужны, начинается путь без карты, без стен, без указаний. И тогда приходит пора строить внутренний, духовный, так называемый себенский храм! – торжественно проговорил Колоколица.

– Вот-вот, – вторил ему Часовня. – Вещественные храмы ты научился строить, теперь учись строить духовные – в сердце и в душе своей. Это и есть путь без пути.

– А строить храм в душе своей, – подхватил Колоколица, – куда сложнее, нежели из бревен или камня. Люди-то научились материальному строительству, а вот духовному еще нет. Не всякому под силу такое, но дело это самое главное и важное.