Колокола тревог

В одном случае Юрий Владимирович писал, что вскоре после его рождения Евгения Карловна «развелась с мужем», в другом – что его отец умер.

Первоначально он утверждал, что лишился отца «в двухлетнем возрасте», то есть в 1916 году, затем было установлено, что его отец умер в 1919 году.

Как отмечал, кто-то из великих мыслителей:

«Казалось бы, ложь дело простое и доступное каждому, а между тем ни разу мне не приходилось видеть лжеца, который удачно соврал бы три раза кряду».

Следователи этот феномен часто используют при изобличении вралей, заставляя повторить показания и тогда «легенда» рассыпается, как песочный замок.

Столь скромные и противоречивые сведения о родителях человека, возглавлявшего КГБ и СССР, выглядят более чем странно. Известно все о его болезнях и сыне – алкоголике от первого брака, но ничего о родителях. Такая ситуация равносильна ответа одного из современных политиков: «мама – русская, а отец – юрист».

Как с такой «сиротской» биографией он мог возглавлять комсомол Карелии и двигаться в сторону ЦК КПСС? Видимо за этой недосказанностью скрывается чисто еврейское происхождение Андропова.

А. Авторханов в 1986 году писал в Париже, что Андропов в отличие от других учеников Сталина, совсем не антисемит, ибо сам якобы полуеврей с материнской стороны.

«Андропов – еврей, а его подлинная фамилия – Либерман».

Ну и что, что он еврей? Это же не компрометирующий материал. Разного народа было и в ЦК и в ЧК! Здесь идет речь только о таком понятии, как ложь, а она должна быть развенчана.

В СМИ как на постсоветском пространстве, так и за рубежом можно встретить целый набор фамилий, который приписывают Ю.В. Андропову: Андропуло, Андропян, Либерман. Однако никаких доказательств на этот счет не приведено.

Цель этого исследования – не искать корни принадлежности Андропова к определенной нации, а показать, что отсутствием искренности страдали даже самые высокие чиновники советского истеблишмента.

Важна другая оценка – автор многих ярких публикаций в отношении Юрия Андропова историк Рой Медведев признавался:

«Председатель КГБ был просто увлечен… Горбачевым и не раз говорил о нем с восхищением».