История предательства

Глава вторая

Преслав – столица Болгарии времен кагана Симеона Великого[42 - Симео?н I Великий (864–927 годы) – князь Болгарии с 893 года, с 918 года – царь. Третий сын князя Бориса I, отец Петра I.] – был красивый и шумный город. Он стоял в начале дороги, ведшей на юг, к границам Византии. Определение «Великий» снова появилось у этого Преслава, после того как Мегаполис в устье Истра был уступлен Великому князю Святославу. И бывший Великий Преслав теперь стал называться Малым Преславом.

Совсем недалеко от Великого Преслава находилась и первая столица болгар времен хана Аспаруха[43 - Аспару?х (ок.

640–700 годы) – третий сын хана Кавказской Болгарии Кубрата. Основатель первого болгарского государства на Дунае.], а ныне духовный центр и местопребывание патриарха болгар – Плиска[44 - Пли?ска – город в Шуменской области Болгарии, в составе общины Каспичан.].

Болгарский царь Борис с семьей и его брат Роман расположились во дворце Симеона Великого. В крепости этого города сделал свою ставку и главнокомандующий всех болгар Калокир.

В тот день в столице встречали дорогих гостей. Отправленные к соседним правителям посланцы вернулись не с пустыми руками. С собою они привели тьму маджарских конников, так не хватавшую объединенному войску союзников. Треть войска вел Иелах, воевода Великого венгерского князя. Остальные две трети возглавлял князь Зубор, которого назначил дьюла. Правда, комит Шишман не прислал ни единого воина, сославшись на свой договор с Оттоном.

Зато клятвенно заверил, что будет соблюдать нейтралитет при любом повороте событий.

Напряженная обстановка была в военно-полевом лагере у Преслава. Волжские биляры недружелюбно косились на «диких» зихов. Атаманы казаков настороженно смотрели в сторону маджарских предводителей. Прошло чуть больше года с тех пор, как ханы кангар вместе со степными аланами пришли к берегам Истра в первом походе Великого князя Святослава. И тут печенежские конники очень успешно «крошили в капусту» маджар Трансильвании на левобережье Данубия.

Потому и маджары смотрели исподлобья на казаков. Еще не зажили душевные и телесные раны, приобретенные ими в тех боях.

А болгары черные неприязненно смотрели и на тех, и на других. А как же? С казаками они еще совсем недавно соперничали в Тмутаракани не на жизнь, а на смерть. А маджары вообще были в большинстве своем язычниками, с которыми добрым мусульманам вообще не о чем было говорить.