Как я чёрта искушал

– Никогда бы не подумал, что доить корову НАСТОЛЬКО тяжело! – обиженно сокрушался раздосадованный чёрт.

– Непривычно признавать себя дилетантом?

– Вовсе нет, отсутствие навыка придаёт стремления овладеть им. Если мне будет позволено, я буду практиковаться.

– Ещё как, сынок, позволено! – отозвалась бабушка. – И Кириллу будет позволено.

– Бабуль, да ты что? Я отродясь корову не доил!

– Учиться никогда не поздно, – менторски бросил ужаленный в одно место невольник ада.

– Всего пару раз, Кирюш.

Не откажи в услуге. Нас на праздник с твоим дедом пригласили назавтра. У кумовьёв наших сорок лет совместной жизни! Не с руки бегать туда-сюда, годы всё-таки уже не те…

Я, вестимо, не воспылал энтузиазмом, когда допетрил, что конкретно попал на суточный уход по хозяйству. И, что печально, выкрутиться уже не представлялось возможным. Собраться и подленько свалить? Это как-то не в моей природе. Сослаться на собственный тупизм и немощь? Так чёрт влезет, скажет, что сам со всем справится, а мне останется глазами лупать, точно я и вправду криворукий.

А вообще, пусть старики пойдут погуляют. Какие у них ещё радости в жизни?

– Недаром же я приехал, бабуля? Конечно, идите. Подробные инструкции только на листочке изложите, чтоб я ненароком чего не перепутал.

– Вот какой ты молодец у нас, Кирюша. Помощник наш! Что ты стоишь? Подходи ближе, покажу, как доить надо.

Что я могу сказать по этому поводу? Только одно! Великие чемпионы армрестлинга таятся в деревнях под видом скромных бабулек, таких, как моя, и, я уверен, в поединке со Сталлоне она бы не ударила лицом в грязь.

А что Сталлоне? Он и треть ведра не надоит…

Как только я начал выжимать молоко из коровы, то сразу понял, что мои городские руки на это не годятся. С непривычки тяжеловато. Тут в основном принцип понять надо, а сноровка со временем вырабатывается.

* * *

На следующий день, получив инструкции по уходу за скотиной, я проводил стариков, пожелав им приятного отдыха.

Поначалу я вовсе не придал никакого значения тому, что в моём распоряжении оказался большой дом на период вечера, ночи и половины завтрашнего дня. Но я быстро спохватился.

– Борис! Как ты смотришь на то, чтобы провести сегодня время с прекрасным полом?

– Ух ты! – вырвалось у него, но он тут же изменил тон. – Поступай, как знаешь, я не вправе тебе советовать. Я всего лишь пропащий грешник, не заслуживающий снисхождения.