Проклятье художника

Но Мученик не был сумасшедшим, не подумайте! Просто если бы вы провели всю жизнь в бегах, а каждый, кто вас видел, непременно сдавал вас Инквизиции, то и у вас появились бы друзья, о которых никто не догадывается.

– Чего замолк, ублюдок рогатый?! – заорал Боров и ударил еще три раза. Каждый удар отозвался болью, не такой ужасной как в начале, но все же ощутимой.

Про рога палач, кстати, прав, именно они стали причиной всех бед висящего на цепях под потолком мрачной комнаты Мученика.

Пленник не помнил своего имени и откуда он родом, он не помнил ничего до момента, когда у него на голове выросли рога и весь мир начал за ним охоту.

Святая церковь объявила его ни то сатанистом, ни то пособником Темных сил, и никто не стал за него заступаться. Он не знал, за что люди отдали его на истязание этому ужасному палачу? И сколько времени продолжается весь этот ужас?

Боров ушел из камеры, хлопнув за собой тяжелой дверью.

– Ну и что, так и будем висеть и ждать следующей экзекуции? – нарочито деловито спросил Буч.

– А что ты предлагаешь? – хрипло поинтересовался Пленник и ужаснулся собственному голосу.

– Бежать отсюда надо, вот что! Но сначала оборвать жизнь этому ублюдку!

– Ты сам-то веришь, что отсюда есть выход? – страдальчески поинтересовалась Анна.

– Не бывает так, чтобы его не было! Не думаю, что в этом городке так часто используют пыточную. Хоть что-то должно было уже заржаветь или сломаться!

И правда, до того, как руки полностью потеряли чувствительность, Пленник ощущал, что цепь, державшая его в подвешенном состоянии, вся в ржавчине.

Пленник оглянулся – серые стены его камеры были выложены из нетесаных камней, от времени и сырости помещения, покрытых зеленой пыльцой мха. Рядом с Пленником, подвешенным к потолку, стоял грубый стол, на котором сейчас лежали щипцы, короткий нож с острым, закругленным концом и другие орудия пытки. У двери на полу валялся кнут весь в крови и кусочках плоти Мученика, похоже Боров бросил его, выходя из пыточной на отдых.

Тяжелая дверь из старых дубовых досок, скрепленных кованными полосами, проржавевший замок. У самого потолка крохотное оконце, пропускавшее немного свежего воздуха, но почти не дающее света, на которое сейчас опустилась крохотная птичка. Несмотря на притупившиеся чувства, Пленник заметил, как серенький комочек деловито попрыгал из одного угла оконца в другой и пискнул.