Десятая планета (сборник)

Остальное, будь добр, добывай непосильным трудом. Конечно, любой другой на моем месте был бы счастлив. Деньги есть, положение есть, даже власть, пусть над небольшим количеством людей, но есть. Что еще тебе надо? Любовь? Ха, ха, ха! Любовь? Так заслужи ее! Скорее всего, по закону жанра предметом твоей любви окажется замужняя женщина с двумя, нет, с тремя детьми. Вот это будет борьба так борьба! Представляю, какими качествами должна обладать эта женщина, чтобы вступить в такую схватку за нее?»

Флеров встал из-за стола, подошел к зеркалу и посмотрел внимательно на свое лицо.

«И такой парень пропадает. Ну, не совсем пропадает. Так сказать, случайные девицы аж выпрыгивают из своих трусиков, чтобы слиться со мной в экстазе. Может, они это делают из-за моих денег? Может. Но, во всяком случае, даже если они на мне, точнее подо мной, и зарабатывают, то делают это без отвращения, а даже с радостью», – сказал он себе.

Флеров достал из заднего кармана брюк маленькую расческу и поправил прическу. Затем он поднял воротничок своей замечательной рубашки. Изменяя наклон головы и двигая плечами, он внимательно осмотрел себя, с поднятым воротником со всех сторон. Получилось красиво. Немного подумав, Сергей опустил воротничок в исходное положение. Ему показалось, что стало хуже. Тогда он снова поднял его, убедившись, что первая мысль оказалась правильной. Закончив терзать одежду, Флеров вышел в приемную.

– Сергей Евгеньевич, вам поднятый воротник идет, – сделала комплимент секретарь.

«Вот старая карга, ничего не пропустит, все замечает, – подумал он и подчеркнуто вежливо добавил: – Спасибо Елена Владимировна».

Олег Вулеев протирал стекла своего автомобиля, припаркованного возле многоэтажного офисного здания, расположенного на Новом Арбате. Это был молодой парень, по виду ровесник Флерова. Ростом он был выше среднего. Обтягивающие голубые джинсы «стрейч» и такая же узкая рубашка подчеркивали рельеф мышц его тренированного тела.

Флеров вышел из подъезда здания, где располагался его офис, и направился к машине Вулеева, по мокрому асфальту, политому быстротечным летним дождем.