Русские распутья или Что быть могло, но стать не возмогло

А после опустошающей волны степного нашествия нам пришлось по кирпичику – впервые в своей истории, но, увы, далеко не в последний раз – воссоздавать Державу.

Имеет ли кто-либо право унижать и принижать мировую роль и значение Русского Добра на том основании, что оно на столетия оказалось замарано копотью от сгоревших летописей, книг, мастерских ремесленников, дворцов князей и изб крестьян?

Русское Добро угнетали и втаптывали в грязь и позднее. И занимались этим не только силы внешнего Зла, но и силы Зла доморощенного – на Руси всегда хватало идейных наследников князя Курбского, предавшего Ивана Грозного и Россию.

Но не они создавали Россию.

Ни один народ в мировой истории не страдал так, как страдал русский народ. А страдание порождает или озлобленность, или – способность к состраданию. Причём – к состраданию деятельному, когда делятся последним куском хлеба, кровом, общностью судьбы.

Русский народ пришёл к осознанию Добра как высшей ценности не через рассуждения мыслителей, а через реальность своего трагического исторического бытия. Огонь пожаров русских городов – центров экономики и культуры, уничтожал материальную базу развития России, но он же очищал народную душу от мелкого, меркантильного расчёта. Страдая, эта душа век за веком исполнялась Добра и способности к Добру. Потому-то русские и смогли почти бескровно расширить пределы Державы до одной шестой части планеты, не уничтожая более слабые народы, а включая их в орбиту своей жизни.

Ко второй половине позапрошлого века российская Держава заняла пространства от Балтики до верхнего течения Юкона на Североамериканском континенте и от Кавказа и Памира до Арктики.

Но когда началась эта история?

В спорах историков – искренних и лукавых, внутри и вне России, о том, где отыскиваются корни русского народа, сломано, пожалуй, побольше копий, чем на полях сражений за многие века русской истории…

Даже краткий обзор этих споров, яростно выясняющих, кем были наши предки – русью, или славенами, или варягами, или руссами и т.

Во-вторых, и с позиций обзорного анализа имевшей место реальной русской истории, этот вопрос не так уж и важен.