Последний ряд, место 16

Следов пороховых газов и частичек пороха нет ни на коже, ни на одежде. То есть выстрел произведен не в упор. По моей оценке, стреляли с расстояния от трех до четырех метров.

– От трех до четырех метров, – задумчиво произнес полковник и кивнул Рафи Битону. – Кто у нас сидел на таком расстоянии от жертвы?

Капитан, торопясь, разобрал лежащие перед ним бумаги.

– Профессор Пастер сидел в девятнадцатом ряду. Механик Шломо Зак – в семнадцатом. Хелена Барски – в пятнадцатом. Эти трое – в пределах четырех-пяти метров.

Битон оторвался от своих бумаг и продолжил:

– Господин полковник, если исходить из положения пистолета, который лежал слева от прохода, если стоять спиной к двери в зал, то я полагаю, что выбросил его кто-то из тех, кто сидел по ту же сторону от прохода.

Следователь оглянулся на майора Ригера, явно надеясь найти у него поддержку. Ригер мгновение помедлил и кивнул:

– Согласен.

Полковник опустил глаза на план зала.

– То есть вы сократили число подозреваемых до двух? – сказал Лейн, и в его голосе прозвучали нотки недоверия. Неужели так быстро число подозреваемых сократилось до минимума?

– Получается, так, – кивнул Моше Ригер и оглядел сидящих за столом, словно приглашая всех участников совещания поддержать его. – Основными подозреваемыми становятся этот ученый Пинхас Пастер и механик завода в Модиине Шломо Зак.

По лицу полковника скользнула тень сомнения.

– Баллистическая экспертиза прояснит эту ситуацию?

Адина мгновение помедлила.

– Все подозреваемые находились достаточно близко друг от друга, но… Думаю, прояснит… С определенной погрешностью, конечно.

– Надеюсь, погрешность не будет слишком велика, – буркнул полковник и обратился к Битону: – Нам нужно как можно скорее побеседовать с этой парочкой.

– Может быть, задержать их? – предложил Моше Ригер. – На семьдесят два часа.

– Не торопись, – полковник предостерегающе поднял вверх палец. – Никуда они не денутся, Моше. Нам нужны прямые доказательства, а не догадки и косвенные улики.

– Простите, господа, – подал голос судебно-медицинский эксперт, – но я не закончил свой доклад.

Все повернулись к нему как по команде.

– Это я виноват, доктор, – сказал полковник и опустил голову, словно сорванец, разбивший окно футбольным мячом.