Хайаса. Свет Ликующий

– А как обращаются к друзьям в ваших краях? – ответил я встречным вопросом. – А кто мы и что хотим, я уже рассказал тебе, и ничего в моих словах не изменилось.

– Мы услышали, что говорил йохтая этих роовелов. Вы древние боги? – прямо спросил Мусса Кару.

– Нет. Я повторюсь: мы путники, ищущие своих друзей, – в сотый раз попытался успокоить я вождя.

– Сиили мне рассказал про белого петуха, предвестника рагнарёка, – не поддавался Мусса Кару.

– Кого-кого? – переспросил Потапов.

– Это они про Вальку Кукконена[69 - Белый – valk?a, петух – kukk? (вод.

– За что они его так… – неодобрительно сказал Ромка.

– Да хрен его знает, – не нашел подходящего ответа Потапов.

– Это наш друг, ты что-то напутал, – ответил я Муссе Кару.

– С незапамятных времен в священную рощу путь был заказан, чтоб не потревожить древнее божество, живущее там, и оно оказалось вашим другом? И ты продолжаешь утверждать, что вы «просто люди»?

– Да, что ни говори, а кочерыжка у него варит, – прошептал мне Потап.

– Мусса Кару, мы не враги вам, поверь мне, – я все-таки понимал, что никакие доводы не изменят его мнения.

– Ара, я видел, как вы заступились за нас, как прогнали северян. Мы все слышали, как вы объявили, что мы отныне под вашей защитой, но… у всего на свете есть своя цена. Какова она?

– Нам, Мусса Кару, всего лишь нужна информация об остальных наших друзьях, – ответил я.

– Но мы ничего не знаем о них, это не наши боги.

Снова и снова объяснять, что мы не боги, порядком надоело.

– Тогда вы нам ничего не должны, тем более что одного вы нам вернули. Пусть это и будет той платой, о которой ты говоришь, а пока прошу – заходите к нам и будьте нашими гостями.

В этот момент прибежала вся заплаканная дочь вождя и бросилась ему на шею. Погладив ее по белым волосам, Мусса Кару стал успокаивать ее.

– Ну что ты, дочка, кто тебя обидел? – обнял ее отец, немного встревожившийся из-за ее слез.

– Никто, – не переставала рыдать папина дочка.

– Так что ж ты тогда плачешь, – вытирая ей слезы, спросил Мусса Кару.

– Я некрасивая!!!

– С чего ты взяла? – засмеялся он, начиная догадываться об истинной причине.

– Ни с чего, просто некрасивая и все.

– Ладно, успокойся, пойдем с нами, – сказал Мусса Кару и, обняв дочь за плечи, пошел за нами.

– Прости нас, мы не были готовы к пиру, поэтому начнем пока с простой еды воина. У нас она называется хариса. Мы ее всю ночь варили, а наши люди сейчас подготовят пиршественный стол.