Та самая другая дочь

– Давайте заменим слово «подсознание» словом «вера», – Учитель пристально взглянул на Марка, вероятно почувствовав в его голосе новые нотки. – Вера в себя, в то место, которое занимает каждый человек во Вселенной, вера в Творца. Адам жил в райском саду, ведомый только верой. Плод с древа познания добра и зла дал ему кроме веры еще и логику. Со временем люди все больше теряли веру. Она в их душах уступала место разуму и логике.

– Между прочим, это привело нас к цивилизации, – выпалил Марк.

– Конечно, – кивнул Учитель.

 – Но кого цивилизация сделала счастливым? Человек все так же решает проблемы, все так же не может от них избавиться и все так же хочет сойти с пути страданий и тревог в век космоса, как хотел этого в век каменного топора. А разум гонит нас по одному и тому же пути. Боюсь, гонит к пропасти.

Индус замолчал. Марк облизал пересохшие губы. Ему не хотелось возражать, но и согласиться с тем, что он только что услышал, не мог.

– Неужели у того, что вы называете верой или подсознанием, больше возможностей, чем у разума? – Марк смотрел прямо в глаза индусу.

 – Что могут они дать нам? Разум дал цивилизацию. А ваша вера?

– Вера дает свободу. Человек свободен, потому что не зависит от другого человека. Он зависит только от Творца.

Марк облегченно вздохнул. До сих пор он не находил достойных аргументов для продолжения спора, и это раздражало его. Но последняя фраза Учителя показалась ему нелепой и смешной.

– Вот с этим я никак не могу согласиться, – произнес он.

 – Никто не убедит меня в этой галиматье.

– Конечно, – улыбнулся Учитель, которого вовсе не обидело и даже не расстроило слово «галиматья». – Не только вас. Любого, у кого в душе нет веры, невозможно убедить.

– При чем тут это? – отмахнулся Марк. – В любой момент своей жизни человек зависит от других людей. Его могут подвести приятели, предать жена, уволить начальник или несправедливо обвинить полиция.

Учитель смотрел прямо в глаза Марка, и пауза затянулась. Марк выдержал взгляд, вцепившись пальцами в мягкую ткань подлокотников кресла.

– Полиция может обвинить, – наконец заговорил Учитель. – И начальник может уволить. Но уверены ли вы, что это будет лишь выражением воли начальника, а не следствием совокупности поступков и мыслей уволенного человека? Или следствием его поступков в предыдущих жизнях?

– Вот вы как рассуждаете, – Марк усмехнулся и взглянул на собеседника словно на базарного воришку, пойманного с поличным.