Каюта номер 6

Тамир бросил короткий взгляд на лежащие на столе карты и взялся за карандаш.

– Согласен.

Игроки сбросили свои карты. Илан Азулай собрал их в колоду и принялся тасовать. Миша Орлов хлопнул себя по карманам, словно что-то искал.

– Я сдал тебе семерик, – сухо сказал он Илану. – Жду ответного подарка.

Илан кивнул, продолжая тасовать колоду. Миша привстал и похлопал по карманам широких белых штанов.

– Что ты потерял? – поинтересовалась Рахель.

– Трубку. – Миша махнул рукой и сел. – Не потерял, а забыл в каюте.

На его лице отразилась настолько явная досада, что Тамир Вальд не выдержал.

– Может быть, мне сходить за ней, босс?

Миша ответил не сразу.

– Я не помню, где она лежит. Или на столе, или где-то в секретере. – Он взглянул на Илана и Рахель. – Вы простите, друзья мои, если я вас покину на пару минут? Иначе никакого удовольствия от преферанса я не получу.

Илан положил перед собой перетасованную колоду.

– Сходи, конечно. Мы подождем.

Миша выбрался из-за стола и пошел к двери.

– А может быть, я ее забыл в столовой?

Он взглянул на Тамира. Тот все понял с полуслова и вскочил с места.

– Я схожу в столовую.

Миша благодарно кивнул и вышел из библиотеки. Тамир отодвинул свой стул. Илан поежился, хлопнул себя по плечам руками крест-накрест и тоже поднялся.

– Тогда я схожу за свитером, – объявил он. – А то этот кондиционер когда-нибудь меня убьет.

– Может, проще попросить повысить температуру? – усмехнулся Тамир, уже направившийся к двери.

– Ну уж нет. – Илан грозно сдвинул брови. – Тогда меня убьет моя жена. Ей ведь всегда жарко.

Рахель улыбнулась мужу. Тамир перехватил ее взгляд, и ему показалось, что в нем мелькнула тревога. Илан кивнул жене, словно успокаивая ее, и догнал Тамира.

На несколько мгновений в просторной библиотеке, уставленной стеллажами с книгами и низкими столиками, установилась полная тишина. Оставшаяся в одиночестве Рахель машинально крутила в пальцах карандаш.

– Сделать вам какой-нибудь коктейль, Рахель? – спросил он, ловко подбрасывая и ловя шейкер.

Рахель вежливо улыбнулась коку.

– Спасибо, Живко, но я ничего не хочу.

– Тогда, с вашего позволения, я отлучусь на четверть часа, – сказал Живко и протер руки бумажным полотенцем. – Помогу жене на камбузе.