Константин и наместница Ольга

] все же сохраняются древние пережитки, когда военная власть племени принадлежала вождю-шейху, а духовное лидерство – женщине-пиру. В нашем случае – женщине колдунье, по совместительству, жене вождя.

– Тебе видней, государь, – согласилась Ольга и продолжала: – Бойники бродники принимают к себе всех оторвавшихся от общины: изгоев, «храбров» одиночек, беглых рабов. Обряд посвящения включает в себя ритуал «обагрения кровью». Для этого выбирается первый встречный, пусть даже это близкий родич. Человеческое жертвоприношение завершается поеданием органов жертвы, связанных с его жизненной силой.

– Если сравнить это зверство с библейскими текстами, то на новобранца, таким образом, ставят печать Каина, убившего своего брата, – прокомментировал Константин. Ольга кивнула соглашаясь.

– В течение «волчьего месяца», зимою, «дикие» волкодлаки одеваются в волчьи шкуры и обходят города и селения. Они собирают с них дары, по сути, откуп, – продолжала она. – Те, кто не дал откуп подвергаются разорению. Но в разоренных селах волкодлаки не задерживаются.

Добыв богатство: продовольствие, женщин, коней, коров, ценности и металлическое оружие – они уходят обратно в свои леса.

Пока Ольга рассказывала, Константин пытался прочесть в ее лице следы отвращения, которые обычно возникают у женщин при упоминании об ужасах войны. Но тщетно. Ольга была спокойна и рассказывала о вопиющих зверствах, как о чем-то обыденном.

– Оборотни не думают о будущем, – продолжала рассказ Ольга. – Они не выполняют заповеди Сварога и не заботятся о продлении человеческого рода.

Похищенных пленниц, натешившись, обычно убивают. Или продают. Поэтому волкодлаки водят дружбу с торговцами рабами и скупщиками краденного. Жажда наживы их роднит и поэтому порой они действуют сообща. Иногда, вопреки обстоятельствам, одичавшие братовщины разрастаются до племени или даже народа. И подобный народ тоже становится «диким». Они возводят разбой и обман в образ жизни.

Ольга сделала паузу. Она пригубила разбавленное водой вино, смочив пересохшее горло.

– Хотя иногда случается, что подобные товарищества не хотят больше жить грабежами. Вспомнив Светлых богов, они вновь становятся «белыми». А порой «дикие» волкодлаки идут на царскую службу и тогда становятся «черными».

– В этом состоит мудрая политика Византии, – заметил Константин. – Ромеи предпочитают не вести войну с лесными кодлами, а нанимают их в качестве «казос» к себе на службу. Иногда выделяя для постройки крепостей приграничные земли.