Второе дыхание

Мама попросила его загадать желание, но никому его не говорить, а после задуть свечи. Хорн долго думал, что загадать. У него было несколько вариантов. Новая приставка, мощный игровой компьютер, или же путешествие в Доминикану? Сложно было определиться. Поэтому он просто пожелал для себя мысленно «побольше интересных и необычных событий в своей жизни», а после задул свечи.

Желания редко склонны сбываться так молниеносно. Но в случае с Хорном это сработало мгновенно.

Одна из девушек-друзей Хорна подошла к нему сзади и закрыла ему глаза.

– А сейчас будет сюрприз! – объявила девушка. – Подглядывать нельзя.

Что-то вокруг зашуршало. Это явно была праздничная упаковка. Кто-то распаковывал подарок. Свет так и остался выключенным, и после того как погасли свечи, освещение осталось тусклым, лишь 2 торшера давали слабое свечение.

Хорн ждал более минуты своего сюрприза. Но минуту спустя вместо вручения приза услышал резкий женский крик. А потом еще один. А потом еще. А потом и мужской.

Хорн двигался на ощупь, пытаясь понять, что происходит. Когда он по памяти нашел на ощупь выключатель, свет снова загорелся. Хорн оцепенел от ужаса. Двое его подруг заживо грызли лежащую на полу и кричащую от боли маму Хорна.

Хорн вскрикнул.

– Джессика! – заорал Хорн. – Что происходит? Доун? Хватит!

Девушки не реагировали.

Хорн думал недолго. Он тут же схватил стоящую рядом вазу и ударил ею по голове Джессику.

Хорн, испугавшись, развернулся и пустился наутек из дома. Он еще долго бежал по улице, выкрикивая призывы о помощи. Но помочь было некому. Ведь сейчас помощь была нужна абсолютно каждому живому жителю города…

Молодая блондинка Рут Уэллс в траурном черном костюме стояла на похоронах своего любимого дедушки и тихо ревела.

– Сегодня мы прощаемся с достопочтенным мистером Гарри Уэллсом, поистине великим человеком. – говорил речь священник. – Гарри был любящим отцом, заботливым дедушкой и просто почетным жителем нашего города. Я благодарю каждого, кто почтил его своим присутствием и пришел отдать последнюю дань уважению усопшему. Да упокоит Господь его душу.

Рут принялась реветь еще пуще прежнего.