Человек среди учений. Сказки и размышления об ориентировании

В одном настроении глаз они видели насквозь любые предметы, в другом – видели электричество, в третьем – запахи, ну и так далее.

Не все далечане одинаково владели всеми видами зрения. Одни были зрячими в том и сём, другие – в пятом и десятом. Но всё-таки много было и способных к любому зрению. Их называли всезрячими. Они были самыми уважаемыми гражданами. Каждый из них считал своим долгом выпустить большую звуковую книгу (других книг у далечан не было, не хотели они тратить зрение на чтение) про то, что он повидал в разных зрительных настроениях.

Однажды у далечан пришло время выбирать Царя-мудреца. Этот царь вовсе не управлял далечанами. Всякими житейскими подробностями занимались у них люди, которых называли завхозами. А Царь-мудрец нужен был далечанам для того, чтобы было с кем посоветоваться о жизни.

Выбирали Царя-мудреца так. Каждый далечанин мог послать в счётный центр имя того, кто своей звуковой книгой больше всего помог ему в жизни. Чьё имя встречалось чаще всех, тот и становился Царём-мудрецом.

Так всё происходило и на этот раз. Но до чего же были удивлены всезрячие далечане, когда узнали, что Царём-мудрецом стал не один из всезрячих, как это всегда случалось, и даже не семизрячий или пятизрячий, а вообще слепой человек!

Тут же к новому Царю-мудрецу набежали звуковые журналисты (других у далечан не было) и стали спрашивать его, как же так получилось, что его книги оказались для людей полезнее мудрости всезрячих.

– Всё дело в одиннадцатом зрении, – сказал Царь-мудрец.

– Как? Что такое? – заудивлялись журналисты. – Какое такое одиннадцатое зрение? Ни у кого нет одиннадцатого зрения!..

– Правильно, – кивнул слепой Царь-мудрец. – Это зрение надо было бы первым назвать, а не одиннадцатым. Ведь это зрение, которым мы внутрь себя смотрим. Уж оно-то есть у каждого.

– Если у каждого, то и у всезрячих оно есть, кроме остальных десяти! – воскликнул один журналист. – Почему же вы Царём-мудрецом оказались?

– Просто, наверное, меня никакое другое зрение не отвлекало, – улыбнулся Царь-мудрец журналисту, которого он не мог увидеть.

И надо сказать, далечане никогда не жалели, что их Царь-мудрец был всего-навсего однозрячим.

Уровни ориентации

Философия внутренне связана с ориентированием настолько, что вполне можно говорить, например, о «философии муравейника» или о «мировосприятии амёбы». Это будет забавно, но понятно: разглядеть своего рода философию уже на нижних уровнях ориентации.