Рождественский экспресс

Узнав о последнем, он решил стать вместо этого рок-звездой.

– Ныне я на покое, – дружелюбно сообщил святой отец. – Хотя по-прежнему одеваюсь как священник, потому что другой одежды у меня нет, за исключением шоколадного выходного костюма семидесятых годов из полиэстера. До сих пор замаливаю этот грех.

– Священник всегда остается священником.

– Я – отец Пол Келли из церкви Святого Фомы Аквинского.

– Том Лэнгдон. Вы проводите Рождество в Чикаго?

– Нет, я собираюсь в Лос-Анджелес. Там живет моя сестра с отпрыском.

– Я направляюсь туда же. Едете поездом «Саутвест Чиф», как полагаю?

– Именно так. Насколько я наслышан о сельских пейзажах, которые нам доведется увидеть, это поистине Божье творение.

– Возможно, я навещу вас в вагоне-люксе после ужина. Можем выкурить сигары, которые я взял с собой.

Том заметил, что из кармана робы священника торчит трубка.

Отец Келли одарил собеседника проказливой улыбкой и мягко коснулся его рукава:

– Благослови тебя Бог, сын мой.

– Каких киношников?

Отец Келли наклонился поближе и окинул взглядом коридор, очевидно проверяя, не подслушавает ли кто. Том тут же представил себя тайным агентом баптистов или методистов в Риме на задании: выведать тщательно охраняемые церковные секреты у болтливого священника, выпустить их в свет книгой и получить прибыль и веселье, в то время как по Ватикану летают гневные ноты.

– Они прибыли в огромной машине, доехали почти до самого поезда. Я, будучи по природе любознательным, осторожно навел справки, кто это может быть: людям, разумеется, легче признаваться во всем священнику. Можете мне поверить, Том: если человеку что-то почудится, он сразу об этом расскажет, независимо от того, случилось это на самом деле или нет. Слава богу, обычно все оказывается домыслами. Насколько я слышал, их двое. Судя по полученной информации, один – знаменитый режиссер, или кинопродюсер, или что-то в этом роде; имени, правда, узнать не удалось.

Киношники, подумал Том, включая звезду. Быть может, именно поэтому один из них показался знакомым.

– Удачное стечение обстоятельств, – сказал он.

– Это почему же? – поинтересовался отец Келли.

Лэнгдон объяснил ему, что пишет историю о железнодорожном вояже.