Невинная

Уилл оглядел остальных людей, дожидающихся прибытия автобуса, который унесет их в Большое Яблоко, общим счетом тридцать пять пассажиров, считая и его самого. Автобус вмещает примерно вдвое больше, так что буферное пространство у него будет. Посадка свободная, так что он постарается пристроиться подальше от всех. У большинства с собой сумки, подушки и рюкзаки. При Роби не было ничего, кроме прибора ночного видения, микрокамеры и пистолета «Глок» во внутреннем кармане толстовки, застегнутом на молнию.

Он снова обежал очередь взглядом. Пришел к выводу, что большинство ожидающих – бедные люди, рабочий класс или обделенные судьбой каким-либо иным образом. Догадаться нетрудно: одежда старая, потрепанная, куртки заношены до дыр, выражение на лицах усталое, угнетенное. Большинство людей, даже ограниченные в средствах, вряд ли надумали бы ехать в Нью-Йорк посреди ночи на обшарпанном автобусе, прихватив собственные подушки.

Автобус подрулил к остановке по широкой дуге и остановился рядом с ними под скрежет ржавых тормозов.

Совсем юная. Лет двенадцать, может, чуть больше. Невысокая, кожа да кости, одета в потертые джинсы с дырами на коленках, рубашка с длинными рукавами, синяя лыжная аляска без рукавов. На ногах грязные, изношенные теннисные туфли, а темные тонкие волосы стянуты сзади в тугой конский хвост.

Как он ни смотрел, но не разглядел небольшого прямоугольного рельефа на карманах ее джинсов – ни спереди, ни сзади. Мобильник есть у каждого подростка, особенно у девочек. Впрочем, может, в отличие от большинства сверстников, она держит его в кармане куртки. Во всяком случае, не его это дело.

Роби огляделся, но не увидел никого, кто подошел бы на роль ее родителей.

Он понемногу продвигался вперед вместе с очередью. Не так уж невероятно, что его здесь найдут до отбытия автобуса. Сжав пистолет в кармане, Уилл потупил взгляд долу.

В автобусе он прошаркал в заднюю часть. Роби поднялся последним, и большинство людей уже расселись, заняв места ближе к передней части салона. Он же сел в последний ряд, около туалета. Больше никого в этом ряду не было. Уилл сел у окна.