Философия биполярности: мир, Россия, мы

Солнечная же система – часть звездной системы под названием Галактика, которая, в свою очередь, всего лишь – часть Вселенной. Вселенная же – часть…

Как уже понял читатель, мы можем рассуждать и далее в этом направлении, пока хватит у нас терпения, представлений и словарного запаса, эти представления выражающего.

Вывод: не поняв, как функционирует целое, трудно понять, как функционирует частица этого целого. И наоборот. И здесь мы обязаны отметить используемое допущение – все, и целое, и все его части, развиваются по одним и тем же основополагающим вселенским законам.

Теперь относительно места России в наших рассуждениях. Давайте сделаем допущение: что, если Россия до 1985 года просто шла другим эволюционным путем? Если не было никакого периода 70-летнего сворачивания с общего эволюционного пути? Проще говоря, что, если наш путь был непрерывным и исторически обоснованным?

Тогда получается, что путей развития цивилизации не один, а множество? Давайте пока ограничимся тем, что скажем – путь не один.

Коли мы – не цари природы, а обычная частица Вселенной, мы не можем не развиваться по тем же законам, по которым существует и изменяется Вселенная. Значит, не поняв СУТИ вселенских законов существования и изменения всего сущего, мы никогда не поймем закономерностей собственного существования.

Даже если путь развития человечества – один, то и он подчинен действию всеобщего вселенского закона, вспомним, что мы – всего лишь частица Вселенной, и значит, ее законы для нас обязательны.

Но что, если единый путь развития человеческой цивилизации складывается из нескольких путей развития ее частей? Как определить, какими должны быть эти пути? И сколько их?

Если предположить, что регулируются все эти процессы вселенским законом биполярности, то нам совершенно необходимо подробно ознакомиться с его действием, для начала – в контексте существования Вселенной.

Глава 2

Вселенная в свете философии биполярности

Уже говорилось ранее, что разум человеческий ограничен пределами Вселенной, которую «можем мы объять», и все-таки позволим себе заметить, что это не совсем так.