Вперед, за Фениксом! Возродим Мир из Пепла

Я улыбнулась, стараясь не засмеяться. У всех же не с первого раза получается! Может, я тоже не очень изящно выгляжу, откуда мне знать?

Так, я подошла к нему ближе. Он взял меня за руку, а потом за другую. Нас закружило: огоньки завертелись, и нам оставалось только следовать за ними. Я старалась широко ступать, чтобы не наступить бесу на ноги. А тот косолапил и топтался на месте, очень стараясь не упасть.

– Если тебе так будет легче, то это мой первый танец, – сказала я, смущённо виляя хвостом. – Тоже.

Сам же бес вдруг подсобрался – выпрямился и выпятил грудь – и слегка толкнул меня, чтобы повести.

Звенят колокольчики блуждающих огней. Я улыбаюсь и смеюсь: кто бы мог подумать, что я буду танцевать с бесом? Скажи мне раньше – я бы не поверила! Тем более не поверила бы тому, что бес может так ловко двигаться!

Вдруг я краем глаза что-то приметила. О! Симуран! Он отошёл в сторонку?

Я остановилась – бес чуть не врезался в меня, но вовремя опустил руки.

– Друг мой, чего же ты не присоединяешься? Весело же!

Симуран же фыркнул и сел на снег. Крыло его дёрнулось, отодвигая ветку.

– Ну ладно… Посмотри тогда, как я умею!

Я обернулась к бесу. Тот же обратил на меня слегка удивлённый взгляд – я бы даже сказала, смятённый. Бес старался сообразить, что нужно делать, но я, кажется, его опередила.

– Шаг вперёд, шаг назад… И вот так! Во-о-от так!

Я уверенно улыбнулась, исподлобья глядя на беса. Он же исподлобья глядел на меня.

И вдруг он, будучи всего мгновение назад таким смешным и неуклюжим, задвигался плавно и медленно, беря верх надо мной. Я слышала биение его сердца – глубокие, спокойные «ухи». Небесные глаза сузились, своим взором вселяя уверенность.

Моё тело закружилось в причудливом танце, которого я никогда не знала. Огоньки закружились с нами, щекоча то щёки, то уши. И вдруг я поняла, что и впрямь слышу всё: от перезвона огоньков и биения сердец до тяжёлого, глубокого дыхания беса.

Но он вовсе не казался враждебным: наоборот, он касался меня так нежно, что почти неуверенно, поднимал, будто не дотрагиваясь, кружил, словно я кружилась сама. Его пальцы казались ветерком – тёплым, скользящим по бокам и животу в летний полдень. Я отвечала своими касаниями – неожиданно твёрдыми, недрожащими, – словно я знала, что делала.

Но я не знала. И на мгновение мне не хотелось знать.