Кое-что особенное

Потом спросил уже без шуток: – Так о чем же вы хотели поговорить? Вы ведь пришли сюда не от скуки, не так ли?

– Чем вас вдруг заинтересовал Евгений? Я ведь вас знаю, все это сочувствие – сплошь притворство, – спросила я прямо.

– Я расследую все, связанное с заражением, – пожал плечами Ларс. Мои слова ничуть его не задели. – А если наш друг не лжет, то он связан, причем очень любопытным образом. Но почему вас это беспокоит? Решили его опекать?

В самом деле, почему? Я подумала, что мне просто жаль его. Какой-то он неприкаянный, но вместе с тем симпатичный и вызывающий расположение к себе, в отличие от циника Ларса.

– Впрочем, меня это не касается, – равнодушно проговорил тот. – Не волнуйтесь, ничего с ним не случится, по крайней мере, по моей вине.

– Хорошо, – кивнула я. На самом деле, с чего я нервничаю. Ларс ведь не злой, просто безразличный, вряд ли станет намеренно вредить новичку. – Просто хотела убедиться, что в этом доме не произойдет никаких… эксцессов.

– Хуже, чем сейчас, все одно не будет, – процедил он сквозь зубы, враждебно глядя на горы вдалеке.

Я не стала комментировать его высказывание. Мы обсудили погоду, допили кофе и разошлись. Я погрузилась в дела по хозяйству, а чем занимался Ларс, мне было неведомо, но на глаза мне он не попадался до самого ужина.

Фотографии были готовы вечером. Я узнала об этом первой: Евгений попросил горничную срочно вызвать меня в его номер. И только взявшись за дверную ручку я осознала неуместную интимность такого приглашения, ведь мы могли бы побеседовать в холле, например, в конце концов, расположиться в моем кабинете…

Пока я раздумывала над этим, дверь распахнулась, и взволнованный жилец посторонился, приглашая войти.

– Что случилось? – спросила я, проходя в гостиную и отмечая, что шторы задернуты наглухо. – На вас лица нет!

– Уна, вы ведь догадывались, что на фото может получиться… странное? Я все думал, показывать вам или не стоит…

– Глупости! – разнервничавшись, я перебила его самым невежливым образом.

Он не стал больше тратить время на объяснения и подвел меня к столу, придерживая под руку, будто опасался, что могу лишиться чувств от испуга.

На темно-синем сукне были разложены несколько снимков разной величины. Я, Ларс и Ханна на веранде. Невольно отметив, что все мы здорово получились – Евгений не солгал, он действительно был мастером своего дела, – я склонилась над столом и пригляделась внимательнее.