Белоснежка и команда мечты

Через пару минут молчания она поняла, что от нее не отстанут, и с неохотой ответила:

– Да ничего. Ты что, Балсан не знаешь? У нее утром «да», к полудню уже «нет», а вечером «я подумаю». Будет до последней минуты ломаться, и чтобы все ее уговаривали.

– Зря ты так. Это не Балсан ломается, а ее матушка: вроде как соглашается, но стоит ей вспылить – как снова запрещает.

– Тогда чего ты меня спрашиваешь? – отмахнулась раздражительная Идама. Было видно, что и саму ее тревожила эта ситуация.

Как ни странно, через пару дней все решилось само собой. План Идамы сработал, и она с плохо скрываемой завистью наблюдала, как подруги готовятся к походу, допоздна просиживая над картами и отчетами. Даже Юмсун против обыкновения не торопилась домой засветло. Балсан же и вовсе не появлялась, целыми днями пропадала где-то.

Но однажды, далеко за полночь, когда все уже разошлись, а Лиза и Дара пили чай перед тем, как отправиться на боковую, она пришла с хорошей новостью.

– Мне разрешили пойти с вами, – казалось, девушка сама не верила. – Вот, бегу всем рассказать, чтобы потом отцу пришлось держать слово.

– Как же так вышло, что он согласился? – изумилась Дара.

– А куда он денется! Мама весь вечер ругалась, половину тарелок в доме переколотила, кричала, что он не желает счастья единственной дочери… Даже соседи боялись за порог выйти, пока она не угомонилась, – в голосе Балсан прозвучала гордость. – Так что завтра можешь заявлять нас в экспедицию.

2.3.

И снова пришлось идти в Цитадель. На сей раз не ради простой формальности – им предстояло встретиться с главным горняком, Великим Мастером, о котором Дара говорила исключительно с благоговением. Насколько Лиза успела понять, элитой местного общества были гномы, достигшие совершенства в своем деле – те, кто совершал открытия, творил шедевры или изобретал нечто, доселе неизвестное.

Таких талантов было немного, иногда в целом поколении ни одного, и относились к ним с искренним почтением. Видимо поэтому Дара взяла Лизу в качестве поддержки – несмотря на то, что Хайдар сам пригласил ее, девушка места себе не находила от волнения.

Когда они спустились на третий подземный этаж, у бедняги побледнели щеки и руки дрожали, так она разнервничалась.