Хари

Но очень тихо, чтобы не разозлить.

– Выпей еще.

Она выпила. Потом еще чуть-чуть. Оставалось только потерпеть с полчаса. Потом Роман отпустил ее в душ. Обратно она вышла одетая.

Мужчина все еще сидел на диванчике перед кофейным столиком, на котором вместо пахучих фарфоровых чашечек был только коньяк и сыр кубиками, который нужно макать в мед.

Дина обошла столик и встала прямо перед мучителем, скрестив руки на груди.

– Ну? Я пойду? – она говорила уже раздраженно и смело. Знала, что опьяневший и расслабленный Роман уже ничего бы ей не сделал.

– Иди, – он добродушно улыбнулся и по-детски помахал рукой.

Она уже развернулась и сделала несколько шагов к двери, как вдруг мужчина ее окрикнул.

– Ну чего?

– Я тебе тут денег хочу дать, – он подошел к письменному столу и вынул конверт – Не злись. Не за тебя. Это… ну … – он помялся от неловкости – ну знаешь, дают же деньги, когда умирает кто-то.

Девушка взглянула исподлобья и медленно протянула руку.

– А сумка моя где? – ее голос стал окончательно небоязливым – У «мальчиков»?

– Да.

Они ее не трогали.

Дина шумно выдохнула.

– Да лучше б сумку трогали… Ладно… Пока.

– Спасибо не скажешь?

– Не скажу.

– Ну пока! – Он примирительно вскинул ладони.

А потом «мальчики» отвезли ее обратно к подъезду. А из сумки и правда ничего не взяли. А денег в конверте оказалось неприлично много, как будто все-таки «за нее».

После Романа у нее всегда тряслись руки и сводило холодом ниже живота, и она всегда не могла накуриться.

Никотин как будто не доходил до легких, а сразу испарялся через кожу на шее. Не сиделось, не писалось, не спалось. Так прошла больная неделя, а после к ней нагрянула вернувшаяся с гастролей по глубинкам Рита.

– Но праздника не случилось.

– Да, – Рита манерно выдохнула и приобняла подругу за плечи, – А ты всегда стоишь ко мне спиной. Я даже совсем запомнила твой рост, – она всколыхнула пальцами рыжую прядку – И запах твоего шампуня.

А сейчас не пахнет. Надо тебе помыться.

– Не пойду – до этого мирно курившая у окна Дина со злостью швырнула длинную сигарету в улицу.

– Больно тебе было? Противно?

– Не больно и не противно.

– А за деньги обидно?

– Не обидно – она набрала воздуха, чтобы сказать что-то еще, но вместо этого прикурила следующую сигарету. – Их очень много.

– Знаю – Рита только и делала, что вздыхала – Он мне тоже давал.