Царство сумеречных роз

– Это всё моя начальница! Она заболела, а я не могла ей отказать, ведь музей… – я заикаюсь, страшно тушуясь под его улыбкой.

А когда он протягивает руку, и вовсе отпрянула назад, чуть не врезавшись в картину. Ян успел удержать.

– Осторожнее. Это полотно стоит дороже вашей жизни, – сурово говорит мужчина, продолжая удерживать за плечо. На мгновение почудилось, что на его пальцах отросли когти, и он вот-вот вопьётся ими в меня, но видение схлынуло, а Ян отступил, продолжая улыбаться.

– Простите, – лепечу я, опуская голову.

– Вы постоянно извиняетесь. У вас нет собственного достоинства?

– Если скажу правду, вы оторвёте мне голову и пострадает нечто бо?льшее, чем достоинство заштатного искусствоведа, – огрызнулась в ответ.

В сумочке пропиликал телефон, но я не посмела его достать.

– Так-то лучше, – он облизнул губы, обращая взор на картину. – Так что вас в ней привлекло?

– Отсутствие таблички. Мастерство исполнения нехарактерно для выбранного исторического периода.

Ориентировочно работа семнадцатого века, скорее руки итальянского мастера. Меня удивляет поразительная проработанность картины. Как и выбранный сюжет. Влюблённые… или демоническое соблазнение?

– Вампирское, – подсказывает Ян, подходя ближе. От его соседства мурашки бегут по коже, поднимая волоски. По детской привычке тянусь к косе, но на полпути опускаю руку.

– Вот именно. Вампир. Упырь. Вурдалак. Нечисть. Это абсолютно невозможный сюжет для картин того периода. Я бы сказала, что работа чем-то напоминает Джентилески или Караваджо, но в духе прерафаэлитов.

Очень странное сочетание. А рама – это же современное обрамление. И я вижу следы реставрации. Откуда она у вас?

– Может вы и заштатный искусствовед, но кое-что понимаете. Не все художники оставляют след в истории. Их картины путешествуют по тайным коллекциям, спустя века являясь миру. Данное полотно сильно пострадало при пожаре, на восстановление ушло несколько лет. Имя художника вам ничего не скажет, но доподлинно известно, что на картине изображена его возлюбленная, павшая жертвой ночного монстра Петрограда.

Это разбило ему сердце, ведь дева была влюблена в своего убийцу и до последнего не верила словам художника об истинной природе возлюбленного.

– Какая печальная история, – протянула я. – Надеюсь, юноша, как и полагается в сказках, покарал монстра?

– Это не сказка. Художник сошёл с ума после того, как нарисовал другую картину.