Отец моего бывшего парня. Наследник Империи

Вот он галантно подает мне руку, помогая выйти из машины, а вот лежит рядом на кровати и нежно гладит меня по волосам. Улыбается.

Слезы градом посыпались из глаз.

Я со всей силы зажимаю уши ладонями.

– Я больше ничего не хочу слышать! Ничего! – кричу я, боясь открыть глаза. – Это не правда!

Сильный удар прямо по прилавку заставляет меня прийти в себя.

Испуганно распахиваю глаза и таращусь на мужчину.

– Подождите! – глотая слезы, кричу я. – Вы не поняли! Вы все неправильно поняли! Этот ребенок… – от шока бессвязные мысли путаются на языке.

– Слушай сюда. – одним резким движением Евгений Сергеевич сносит хлипкую дощечку прилавка и оказывается со мной лицом к лицу. Его голос по-прежнему убийственно спокойный и от этого мне еще страшнее. Лучше бы кричал. – То, что ты, предала его, останется на твоей совести.

Часто моргаю.

– Я? Пре… Предала? – я заикаюсь и сердце вот-вот остановится.

– Думала, я не знаю? Денис рассказал, почему сорвалась ваша свадьба. – ухмыляется. – Прикидывалась невинной овцой, а сама скакала по левым мужикам?

Я задыхаюсь от испуга и возмущения.

Что за бред?

Хочется со всей силы зажмурить глаза и понять, что это всего лишь ночной кошмар.

– Нет. – выдавливаю я не своим голосом. Ужас топит остатки самообладания словно в липучей трясине. – Нет. – выдыхаю я почти в лицо этому страшному мужчине.

Мне хочется немедленно ему все объяснить. Рассказать правду. Я не предавала Дениса! Все наоборот! Но страх настолько сковал разум, что бессвязные слова будто без моего ведома срываются с языка, превращаясь в нелепую кашу.

Мужчина теряет терпение.

– Я тебе тут сопли утирать не собираюсь. – жестко произносит он. – Либо рожаешь, либо последнее, что ты увидишь – это ближайшую помойку. Там же и похороню тебя.

Я хватаю ртом воздух, но вдохнуть так и не могу.

– Нет!!! – ору я. Я сейчас Вам все расскажу, и Вы оставите меня в покое – хочу выкрикнуть я, но мужчина расценил мой отказ по-своему.

– Ты не поняла. – чеканит он по слогам. – Либо ребёнок, либо прощайся с жизнью.

Сильная ладонь обхватывает горло. Пячусь, упираясь лопатками в холодный камень стены.

Быстро киваю и ловлю презрительную усмешку.

– Ты родишь его, ясно? – синева глаз топит меня, лишая кислорода. – Ты не стоила и мизинца моего сына, запомни это. А сейчас будешь служить просто инкубатором для наследника. – монстр, скрывающийся в образе человека. Как он может произносить такие слова?

Сырость щиплет глаза, и я часто моргаю.