Дорога в тупик. Часть 2

Корнелия рассудила, что и Гоша, и Валерия Владимировна могут возвратиться в любой момент, а это событие нельзя проморгать. Усевшись на подоконник, она пару десятков минут караулила вход, но ни один человек так и не появился, и даже посторонние звуки как будто растворились в школьной тишине.

Чем дольше она так сидела, тем более жуткие мысли посещали её сознание. Валерия Владимировна оказалась эспесом, который от всех скрывается – способна ли с виду приятная учительница истории причинить зло? Если нет, то как объяснить невероятное совпадение странного происшествия с поездом и её ночного отсутствия? И где, чёрт побери, Гоша?

Корнелия снова поглядела на двор и опять никого не обнаружила.

Что могло произойти? Неужели он и впрямь был готов отправиться на поиски поезда вопреки школьному уставу? Корнелия сосредоточилась и представила отличника; вспомнила те немногочисленные моменты общения, что приключались между ними.

Но где же он? Почему не мчится сюда рассказывать про поезд?

«Если Валерия Владимировна с ним что-то сделала, я себе этого не прощу», – подумала девочка и невольно сжалась, вспомнив свёрнутое одеяло на кровати комнате учительницы– почему-то она хотела не выдать своего отсутствия, изобразив примитивный подростковый трюк.

Корнелия прислонилась правым виском к холодному стеклу и начала соображать. Нужно всё устроить таким образом, чтобы действовать, при этом не оставляя свой охранный пункт.

«Камера слежения».

Корни разблокировала свой новый смартфон (подарок от Динны), включила камеру, нажала на запись видео, прислонила телефон к подоконнику и задёрнула штору от посторонних глаз – вдруг кто появится на лестнице? Убедившись, что главный вход на записи отображается чётко, развернулась и спустилась на один пролёт, сворачивая в свой флигель на втором этаже.

Она уже не боялась никого встретить и даже уверилась в обратном, поэтому спокойно дошла до своей двери, аккуратно повернула ручку и вошла внутрь.

Соседки Катя и Вероника крепко спали и не пробудились от дверного скрипа. Обеим словно подсыпали снотворное, но Корнелии это было на руку.