Вопреки

– Отпусти!

Макс вцепился в мою шею, прижимая ещё сильнее к стене, отчего вместо крика из меня вышел лишь едва слышный хрип. Макс что-то угрожающе шипел, продолжая сдавливать мне шею, на что я чувствовал, как с каждой секундой, которая тянулись, словно вечность, мои глаза увеличивались от страха и боли, а руки все ещё беспомощно пытались ослабить хватку.

– Отпусти… – Взмолился через силу я, начав лупить рукой по стене, потому что никакого другого жеста для поражения на ум не приходило, но Макс не унимался.

 – Пож… жалуйста… – Еле слышно прошептал я, обессиленно и медленно сползая по стенке, чувствуя, что начинаю терять сознание и фокус в глазах.

– Ты хочешь жить? Хочешь?

Я, едва разбирая слова, закивал головой, пока его силуэт покрывался черными пятнами в моих глазах, а ноги едва удерживали мой вес.

– Тогда заткнись! – Прошипел с покрасневшим лицом Макс и убрал от меня руки, отчего мое окаменевшее тело, словно мешок, свалилось на пол. – И да, если я узнаю, что ты рассказал о нашем диалоге своему отцу, поверь мне – будет хуже, гораздо хуже! – Гаркнул он, хлопнув дверью в зал, когда я на карачках заползал в свою комнату.

Я попытался отдышаться, но голова шла кругом и меня всего трясло. Я сам себе не верил, что Макс меня отпустил, и все ещё пытался подавить крик, чтобы удержать внутри себя воздух. Я обхватил голову руками, но вместо пустоты закрытых глаз один за другим всплыли воспоминания из злополучного подвала, в котором меня держали: сперва я почувствовал, как все поледенело внутри, а после ещё и ощутил на своей шее такую же крепкую хватку, что и тогда.

Я вцепился в рукав свитшота и стал раскачиваться вперед-назад, пытаясь побороть тошноту, подступавшую к горлу, и душащий страх, от которого у меня сейчас стучали зубы и тряслись губы, а щеки пылали до боли в висках. Я даже пытался не дышать, чтобы меня не услышал Макс и не вернулся назад. Мне хотелось лишь одного: чтобы он поскорее оставил меня в покое и уехал в Энск…

Не знаю почему, но наши отношения с Максом резко испортились после моего похищения, словно между нами пробежала кошка вражды и никак не перебежит назад для примирения.

* * *

Вот уже почти месяц я живу один. Мало что поменялось вокруг меня за это время, зато много чего изменилось внутри. Мне казалось, что за месяц произошла трансформация моего сознания, и из все ещё наивного подростка я превратился во взрослого человека, который стал по-другому смотреть на жизнь и происходящие события.