По линии взлёта

– Я очнусь от кайфа, разделённого с тобой. Ведь вчера ты мне сказала, что я только твой…

Сотню раз повторяла эту фразу, мечтая стать чьим-то кайфом. Я хочу почувствовать, каково это быть охренеть какой желанной. Чтобы меня хотели также сильно и необузданно, как этот парень ту, о которой написал песню.

Тан поднялся на ноги, чтобы чужие головы не мешали ему рассмотреть меня. Его зелёные глаза сверкнули, а губы изогнулись, словно он ожидал чего-то иного, когда шёл сюда. Неловко. Закусываю губу, но быстро адаптируюсь к этому чувству.

– Двиньтесь, ребятки, – он мягко оттолкнул двух парней в разные стороны, расчищая место, где я могу примоститься.

Я не стала возражать. Не обращая внимания на недовольные взгляды женской половины, опустилась на пол между двумя красавчиками нашей команды. Мне надо привыкнуть, раз я стремлюсь в мир шоу бизнеса. Здесь чётко работает теория Дарвина о естественном отборе. Выживает лишь сильнейший. Сложно сказать, что ценилось в этом мирке больше.

Я пока не готова дать ответ.

– Где пропадала? – Тан приподнимает проколотую бровь. Чёрт, а пирсинги некоторым очень идут.

– Распевалась, – отвечаю немного смущенно. Надо поработать над этим. Не дело каждый раз краснеть, когда вижу кого-то из знаменитостей. Эй, я ведь стремлюсь в их лигу!

– Почему ты распевалась отдельно от команды? – продолжал допрашивать парень, но по его игривому взгляду сразу заметно, что он издевается.

Я открываю рот, что ответить, но меня обскакивает ярко накрашенная брюнетка. Неловко, но я не помню её имени, хотя, уверена, что раньше в её волосах не было этих красочных прядей, словно она отчаянно пытается походить на петуха. Честно, я не преувеличиваю. Наверное, я могу её понять. Каждый из нас хочет выделиться из толпы, чтобы запомниться. У меня нет в этом недостатка.

Казалось, я уже прославилась. Ну, да, за чужой счет. И я этим, как бы, не горжусь.

– А она у нас уже звезда, разве нет? – Её нарисованные брови превратились в две дуги. Я повторяю её жест. – Звёзды такого масштаба не тусуются с простыми смертными.

Ребята дружно выдали смешок. Им нравилось, что она пытается меня унизить. Что я ей сделала? Что я сделала им?

– Зазналась? – Тан широко улыбнулся, словно ему это понравилось.

– Нет, – отвечаю достаточно жёстко, не разделяя его веселье.

Тан хмыкает, принимая мой ответ как вызов.