По линии взлёта

– После смерти Лили я подождала месяц прежде, чем сделать то, что следовало сделать уже давно, – сухо выдает тётя Оля, но я готова поспорить, что внутри она ликует.

Сощуриваю глаза, не зная, к чему готовиться. Но ждать хороших новостей от этой желчной особы не приходится.

– Лиля умерла, и тебе здесь больше нечего делать! – громко провозглашает эта тварь, словно выносит приговор.

– Что? – В шоке открываю рот, поддавшись вперед, несколько раз моргнув.

– Это не твой дом, – торжество сочится из её рта, словно яд из гадюки.

 – И никогда не был твоим. Мой брат уже и так сделал для тебя слишком многое. Пора прекратить эту благотворительность, ведь от тебя благодарности не дождёшься. – Какая ещё к черту благодарность? Как я должна её выказывать? Пятки облизывать и скулить, прыгая вокруг? – Собирай свои пожитки и уходи.

Сердце замирает на долю секунды, затем разгоняется с новой силой, когда я силюсь понять, что делать дальше.

– Вы с ума сошли? – вскрикивает Захар, первым придя в себя. – Как вы можете выгнать Вили из дома? Вы не имеете права! Папа!

Поднимаю голову вверх, чтобы увидеть отчима, стоящего на площадке второго этажа.

На мгновение мне кажется, что у него нет глаз. Лишь пустые глазницы. Но это лишь бесчувственность и холодное безразличие.

– Папа! – вновь позвал Захар. – Вили не уйдет! Ты ведь не позволишь? Она моя сестра и твоя дочь!

Нет. Мои губы презрительно кривятся, когда вижу, как он морщится от этого слова. Я не его дочь. Никогда не была. Для него я обуза, напоминающая о том, кого красавица Лилия предпочла из двух друзей.

Леша немного покачнулся. Он пьян, и ему все равно. Вот он поворачивается и удаляется в свой кабинет.

– Папа! – Захар бросается следом, словно порыв ветра, взлетая по ступенькам.

– Чего ждешь? – Злобная мегера скрещивает руки. – Иди, собирай вещи! Чтоб через час духу твоего здесь не было!

Я гордо задираю подбородок.

– Никита вам этого не простит.

– Даже имя его не произноси! – Её лицо краснеет. Не все она может контролировать.

 – Мой сын в Лондоне. Там он и останется! А ты, бездарное отродье, сгниёшь здесь!

– Он меня любит! – уверенно выплевываю, ещё больше распаляя её.

– Ты запудрила ему мозги! Он повелся на твою смазливую мордашку! Но скоро он поймет, что ты ему не ровня!

– Тешьте себя этой иллюзией, – говорю я, слыша, как заскрипели её зубы. Прохожу мимо, зло зыркнув на противного дядюшку Фила, который похотливо проводил меня взглядом, пялясь на мою пятую точку.