Отбор для невидимки

Узнав у горничной, которую звали Тина, что мэрр управляющий вернется только завтра ближе к обеду, я попросила передать мэсси Аньер, что ужинать не буду – лягу спать пораньше, а сама отправилась к выходу из замка. За окном был ранний вечер и довольно теплый, насколько я могла судить по ветерку из открытых окон, потому выбраться ненадолго на улицу показалось мне хорошей идеей.

Прошлась по тропинке вдоль дома, рассмотрела немногочисленные цветочные клумбы, и на углу уткнулась в заросли из колючих кустарников, деревьев и каких-то лиан.

Заметив узкую дорожку, как ни странно, вымощенную камнем, я решила немного продвинуться вперед в своем исследовании окружающей территории, и двинулась по ней, постоянно отклоняя нависшие ветви.

Почти сразу она привела к небольшой полянке на которой стояла каменная ротонда, разрушенная то ли временем, то ли корнями обвившими поваленные камни и столбы, то ли жутким ударом…

Я подошла ближе к одному из уцелевших столбов и провела пальцами по потрясающе красивому барельефу, изображавшему что-то типа попугая с длинным павлиньим хвостом…

И вздрогнула от ощущения чужого, неприятного взгляда, будто ударившего меня между лопатками.

Медленно, очень медленно я повернулась и осмотрелась.

Никого.

Вздохнула. Не удивительно, что мне мерещатся всякие ужасы. Наоборот удивительно, что моя психика не сдалась под натиском необычных существ, магических явлений и недомолвок, окружавших этот таинственный замок.

Но оставаться в саду больше не хотелось.

И я спешно вернулась в замок.

Глава 9

Мэрр управляющий не вернулся. Ни на следующий день, ни через день.

И если бы мне не передали записку, в которой сообщалось, что он отбывает по срочному делу в столицу –  и его не будет порядка двух десятниц – а мне он предлагает потихоньку осваиваться и обустраивать всё в замке на свой манер, я бы представила себе всякие ужасы.

А так и правда продолжила изучение дома и его обитателей, ну и обзавелась собственными бухгалтерскими и учетными листами. И тщательно переписывала туда свои стенографические закорючки, которые потом сжигала, не желая оставлять следов.