Изоляция

Она уже привыкла называться кодовыми именами, умела жить на подножном корме, могла безошибочно ориентироваться в темноте, знала многое о траволечении и физически не уступала большинству мужчин в поселении. При этом девушка ежедневно повторяла языки, поддерживая свои навыки полиглота. Руслан часто отсутствовал дома: отправлялся на охоту, исследование местности и ещё Бог знает куда. А когда появлялся – не забывал проверить выполнение заданий. Как и у Ясны, у других людей её муж вызывал трепет, желание повиноваться и держаться подальше.

Закончив с причёской, Ясна вышла к мужу во двор. Интересно, заметит ли разницу? Когда она увидела, чем он занимается, её прекрасное настроение резко изменилось.

– Опять чистишь это ружьё, скоро будет дыра вместо дула! – Ясна упёрлась руками в бока, как она всегда делала, повышая голос на мужа.

– А ты снова пропустила тренировку? – парировал Руслан, даже не взглянув на неё.

Зелёные глаза Ясны вызывающе сверкнули, ноздри раздувались.

– Ты обещал, что это долго не продлится! Что мы будем в безопасности! – продолжала она.

– Что ты хочешь, женщина? От меня мало что зависит. Я делаю всё, что могу, и тебе советую. Прекрати истерику и займись чем-нибудь полезным. Например, тренировкой, – Руслан невозмутимо продолжал чистить оружие.

– Прекрати муштровать меня, ты со своей суперорганизацией уже навёл порядки, так что теперь наш сын неизвестно где! Мы не на войне!

– А вот здесь я бы поспорил.

Это было уже слишком.

Ясна круто развернулась и возвратилась в дом, хлопнув дверью. Ох уж эти бабкины гены, ей никогда не научиться совладать с собственным гневом!

Сын не раз говорил ей, что отец использует какие-то секретные техники влияния, сродни психологическому программированию. На этой почве в семье часто возникали конфликты. Со всей неистовостью подросткового максимализма Алекс отвергал диктатуру отца и обвинял мать в бесхребетности и отсутствии здравого смысла.

Ясна любила и уважала мужа. И даже она иногда считала, что он переигрывает. Никаких предпосылок реальной угрозы она не видела, так что вера её колебалась. Но девушка была чётко уверена – авторитет отца нужно поддерживать, а потому не поддавалась на провокации сына.

Она ясно помнила день, когда он сбежал.