Академия Иллюзий. Любовь на гранях

 Так и не научился этому?

– Держаться за слова, а не за смысл? Это признак истинной аристократии, который я тщательно избегаю.

Мы замолчали и посмотрели друг на друга, пытаясь предугадать следующий ход.

И снова он начал первым:

– Но твоя дотошность и здесь должна была сработать. Ты в подробностях изучила все, что стоит за этим принципом?

– Именно,  – я кивнула.

– И не скучно быть такой предусмотрительной? – спросил он с некоторым любопытством.

– Так значит ты бежишь от скуки, когда влипаешь во всякие переделки? Осознанные глупости… Такой образ жизни мне и правда был прежде не знаком, – я громко и отчетливо поаплодировала, но брюнет только закатил глаза.

Может он настолько доволен, что имеет теперь призрачную возможность получить власть надо мной, что мои уколы на него не действуют?

Что ж, придется его разочаровать.

– Поручитель гарантирует, – начала, – что тот, за кого он поручился, выплатит долговое обязательство. А если нет – должен будет выплатить его сам.

– О, боги! – он схватился за грудь, – Мне надо быть осторожным и не разориться к этому моменту!

Шут.

Я не стала комментировать.

– Поручитель имеет право отслеживать уровень и рейтинг студента, а также рекомендовать тому дополнительные занятия…

– То есть я буду контролировать как ты учишься? – подался он вперед, но я только хмыкнула.

– Я понимаю, что слова для тебя значат мало, но смысл ты же способен уловить? «Отслеживать» и «рекомендовать».  И я вовсе не обязана выполнять твой рекомендации.

– Но это ведь лишний повод нам встретиться, не так ли? – он, зачем-то, сделал несколько шагов ко мне.

Я поморщилась.

Идиотская манера Вальдерея зажимать меня, нависая мощными плечами надо мной, всегда вызывала жуткое раздражение.

– "По поводу", – передразнила его, – я, конечно, буду с тобой встречаться. И последнее – поручитель имеет право отказаться от своих обязанностей в течение оборота, и это не будет иметь никаких последствий.

И последний шаг. А еще глаза парня нехорошо загорелись, но я только покачала головой:

– Даже не думай меня шантажировать этим.

– А почему не сделала сразу? – он таки прижал меня к стене. Точнее, я прижалась к ней сама, стараясь избежать слишком уж откровенной близости.

Сколько раз я зарекалась отступать под его давлением… еще тогда, давно. Но боевая привычка всегда иметь за спиной стену, а врага перед глазами играла в нашем случае дурную роль.