Академия Иллюзий. Любовь на гранях

Сглотнула слезы и теперь уже сама подошла к окну.

Зародившееся утро посеребрило площадь, и та выглядела торжественно и красиво для того, чтобы похоронить еще одну мою мечту.

– Отец сказал, что отлучит меня от рода, если я буду настаивать, – продолжил Андре глухо.

– Конечно. И перестанет давать тебе денег, – я невесело усмехнулась. – Мы все так зависимы… от милости короля, от наших принципов, от привычек. Привыкли быть обласканы и богаты и нами, оказывается, так легко манипулировать, если только пригрозить забрать это.

– Каталина…

– Уходи.

– Я хотел бы остаться твоим другом.

– Не стоит. Как ты уже понял, моим другом оставаться тоже опасно.

– И все же…

– Убирайся! – я уже орала. Истерично, некрасиво, выплевывая этим криком черноту, которая клубилась у меня вместо крови, – Прочь из моей комнаты и больше никогда не подходи ко мне!

– Кати…

– И не смей называть меня этим именем! – зарычала, – Оно только для моего будущего мужа!

Я быстро прошла вперед, распахнула дверь, а сама, не глядя на вскочившего парня, спряталась в ванной комнате.

Меня трясло. Грудная клетка ходила ходуном, а зубы выдавали быстрый ритм. Я до упора открыла вентиль с водой – как хорошо, что она ледяная! – и сунула под него голову, надеясь хоть как-то прийти в себя.

Помогло.

Дрожа, высушила волосы, мягко обдув их нагретыми воздушными потоками, вытерла лицо и пощипала щеки.

Слез не было. Откуда им взяться если внутри – пустота?

Я вернулась в комнату – Андре, конечно, не было – и собрала вещи на занятия.

Следующие несколько дней прошли как в тумане.

Как ни странно, меня не трогали, не задирали. Я почти никого не видела – и не смотрела ни на кого. Просто ходила на занятия, где даже магистры не задавали мне вопросов. Ела в столовой, продолжая сидеть в одиночестве за облюбованным однажды столом, изучала в библиотеке все возможные книги, в которых была информация о самостоятельной работе с кристаллами, и проваливалась в тяжелый сон без сновидений.

Если кто и сплетничал за моей спиной, то делал это достаточно тихо.

А потом меня вызвали к ректору. И хотя на этот раз обошлось без прерывания занятий – секретарь подошел ко мне, когда я направлялась вечером в библиотеку – ничего хорошего я от этого вызова не ждала.

И оказалась права.