Первая ночь – дракону!

– Не оскорбляй предков простонародными названиями, – морщится.

Привидения, значит.

А-ааа!!

Я глубоко и часто дышу, стараясь вернуть себя в состояние оптимистичного равновесия, в котором мне удалось оставаться аж целый час в течение этого утра. А потом пищу, всматриваясь в него:

– П-почему… почему они хотели меня уничтожить?

– Уничтожить – вряд ли, – сообщаетс усмешкой. – Может играли, может напугать хотели. Или пошутить. Ты так громко верещала, что даже я вернулся – а им одно удовольствие.

– Еще бы не г-громко…

– Они с деревенскими, бывает, так и играют.

У тех тоже предки в домах не задерживаются. А твердыня велика. Насколько мал и убог был твой дом, если ты с ними не сталкивалась? А ведь крепость предателей, наверняка, переполнена… Так ты деревенская или благородная? Чьего рода? Или ты даже этого не помнишь?

Он замолкает, задумчиво меня разглядывая. Прям чувствую, что с языка у него снова готовится сорваться что-то вроде «больная баба». Не позволяю.

А то достало уже это прозвище.

Да и думать долго ему вредно.

Перехватываю инициативу:

– Может не помню, может не было ничего, что помнить стоит, – бурчу и отступаю назад. Но возвращаться не спешу в «твердыню». – Голова кругом от голода и вообще… всего. А предки так неожиданно на меня напали, что я не сдержалась. Как мне убираться и готовить здесь, если будут вот так вот из-за угла вылетать, а?

– Справишься как-нибудь, – пожимает плечами и снова замыкается. Блеклый интерес и жалость, которые я в нем распознала, растворяются в хмуром равнодушии.

 – А не справишься – я тебя не держу. Я тебя не звал, дракону угодить решил, и вот понимаю, что зря. Слишком много хлопот с тобой…

Обидеться бы на это, но не стоит. И правда много хлопот, если с его точки зрения посмотреть. Жил да был мужик, с драконом, запущенным замком и привидениями, жил как хотел, и вот я приперлась – то кандалами себя к дракону прикую, то в него вцеплюсь, то ору, то кровать занимаю, то облизать пытаюсь… Подозреваю в нашем средневековье меня бы давно уже прикопали за подобные наглости, а этот по каким-то причинам еще терпит и даже дает надежду на будущее.

В виде немытых, наверняка, котлов и пары тонн мусора.

– Я вам благодарна, что не гоните, – выдаю совершенно искренне, – Идти мне некуда. И я постараюсь быть полезной.

Передергивает плечами явно с сомнением. И разворачивается, чтобы уйти.

– Меня Наталина зовут! – говорю ему вслед, – Имя свое не забыла.