Не пара для Его Светлейшества

И теперь приходится сдерживаться!

– Сделайте так, – цежу сквозь зубы, – чтобы мне и моим воспитанницам была обеспечена достаточная безопасность… по меньшей мере физическая. И тогда нам не придется ничего предпринимать.

Буквально придавил взглядом… но потом кивнул и быстро ушел.

А я хоть вздохнуть смогла.

И выдохнуть длинное и горестное:

– У-уу…

Ну за какой такой проступок мне подобное мучение, а?

Хотя, понятно, за какой.

Просто не надо было сюда ехать…

Следующие три дня ведьмочки держали оборону.

Слава Триединой, лекций у меня и моих воспитанниц было пока мало – обживались. Но и этого ученикам хватало, чтобы подвергнуть нашу стойкость самым разным испытаниям. И хорошо, что только ученикам… Пока. Многие преподаватели и магистры посматривали с прищуром. Ждали, наверное, когда же мы сдадимся. Или расплачемся. А может разъяримся так, что ректор получит повод погнать нас прочь?

И в еду в столовой нам всякие гадости подсыпали.

И записочки пошлого содержания присылали.

И свою недо-магию применяли.

И в дом наш пытались проникнуть ночью… я даже вставать не стала. Проснулась от жутких мужских воплей, перевернулась на другой бок и снова заснула.

Мы же хозяйственные. Дом и без нас справился.

Пожалуй, только один раз я была близка к тому, чтобы показать, каковы ведьмы в гневе. Когда старшекурсник, у которого после выходных начинался практикум с ведьмами, изъявил желание “прогуляться по двору и обсудить будущие лекции”.

Сам завуалированно занялся оскорблениями. А потом, якобы в шутку, достал свой меч… Дальше могла бы быть безобразная сцена. Потемневшее небо, разбросанные безвольные тела, пожирающий огонь…

На это он рассчитывал?

Но в последний момент я успела закрыть рот, прерывая шипящее заклинание, и вытащить собственный палаш. И дальше только наступала.

Кривоватая ухмылка парня быстро сменилась на стиснутые зубы, даже некоторую панику, по мере того, как сталь звенела все громче.

Остановилась тогда, когда будущий инквизитор упал на землю и замер, прикрывая голову руками.

Медленно выдохнула. И так же медленно вложила палаш в ножны. И огляделась – в полной тишине.

Столпившиеся вокруг ученики кажется даже не дышали. И преподаватели на галерее, что шла по периметру внутреннего двора, молчали.