Коэффициент магии

Они имели больше даже не обереговый, но сакральный, магический подтекст.

Женское начало. Единение с потоком жизни. Знак новых свершений.

Руки у меня дрогнули в желании взять хоть один в руки и считать их след, но я побоялась это сделать. Видения, порой, не отпускали меня долго – и нужно было остаться одной, чтобы Максим ни о чем не догадался.

– Мы не так давно занялись реставрацией одной из церквей, – начал объяснять мужчина, – И там, в кладке фундамента нашли спрятанные лунницы. Похоже, прятали их в период второй мировой войны – кто и зачем не слишком понятно.

Строители обнаружили небольшой ящичек, рассыпавшийся в труху, когда они его достали и внутри – семь полумесяцев.

– Находка, конечно, интересная, но не такая уж и редкая. Что имен-но вы хотите от меня?

– Посмотрите на них и скажите сами.

Я всмотрелась в узоры, проговаривая вслух, что видела:

– Называть вам конкретный век так сходу я рисковать не буду; на всех символы старого и нового месяца и вот эти линии, видите? Означают дни, по четырнадцать на каждой стороне.

Многие из подобных оберегов представляли собой лунный календарь, это уже доказано. Похоже, ваша находка из их числа. Так, а вот это интересно…Посередине – символ Мары.

– Богини смерти?

– Не совсем. Она, скорее, богиня меры. Отмеряет, сколько кому предначертано. По справедливости.

– Но разве не к ней относят явления ночи, зимы, холода, кошмаров, зла?

Я посмотрела на Максима с уважением и кивнула:

– Так и есть. Но вы это оцениваете негативно, а древние славяне… Мара была выше понятий добра и зла.

Она не просто богиня, но один из универсальных принципов мироздания; единство жизни и смерти. Такое «обязательное» зло.

– Как женщина?

Я изумленно вскинула брови.

– У вас оригинальное отношение к моему полу.

Но глаза Максима смеялись:

– Не у меня. У древних славян.

Я хмыкнула и снова кивнула, все еще не решаясь прикоснуться к украшениям. Наконец, перевернула один из них, а потом и все осталь-ные, стараясь не считывать пока ничего лишнего.

– Вы нахмурились…

Какой наблюдательный.

– Довольно странно. Здесь тоже четырнадцать борозд – половина месяца; но в середине разные символы. Вот так сходу я могу определить солнце и луну, остальные же… Пока не могу понять. Почему-то мне кажется важным, что амулетов именно семь и на каждом из них свой знак.

– Так вы беретесь за расследование?

Это прозвучало так знакомо, что я вздрогнула. Но потом поняла, что он, скорее, имеет в виду исследование.